Расстрел «купца» Яна Рокотова и компании

Ровно 40 лет назад в СССР была раскрыта деятельность крупной преступной сети, т. н. дело валютчиков. Преступники «действовали в Москве, занимались незаконной торговлей иностранной валютой, золотом и контрабандой». В те дни были арестованы девять человек, в том числе, две женщины. Лидером раскрытой преступной группы оказался Ян Рокотов, известный среди своих подельников под кличкой «Купец». При обыске у Рокотова было изъято разной валюты и золота на сумму (в эквиваленте) около 1,5 миллиона долларов США .

Накануне Первой мировой войны в Харькове американский доллар, не считавшийся тогда мировой валютой, можно было купить за 1,943 рубля. Но в дореволю­ционной России иностранная валюта мало кого интересовала — вместе с рублем в свободном обращении были золотые и серебряные монеты. Кроме того, было массовым изготовление ювелирных и бытовых изделий из золота и серебра. И когда большевики захотели в массовом порядке изъять у населения золото и серебро, это оказалось сложной, хотя и чисто технической задачей. И тогда — теперь уже ровно 70 лет назад — 5 июля 1931 года — появилось постановление Со­вета Народных Комиссаров СССР, которым было учре­ждено Всесоюзное объединение по торговле с иностранцами («Торгсин»). Сначала в магазинах этой сети могли приобретать товары только иностранцы. Но уже с осени 1931 года торгсины стали доступны и совет­ским гражданам. Пяти лет оказалось достаточно, чтобы большая часть ценностей перешла к государству. Торгсин был упразднен, а система его магазинов передана Наркомату внутренней тор­говли. После этого любые операции советских граждан с иностранной валютой стали считаться государственными преступлениями. Тем не менее, в конце 50-х годов такая деятельность была достаточно высоко организована в Москве.

Отметим, в то время в СССР валюты подразделялись на несколько категорий (плюс бескатегорийные монгольские тугрики). Валюта первой категории — американский доллар и немецкая марка. Ко второй категории относились большинство капиталистических валют. К третьей — валюты стран «Третьего мира», включая Китай. Четвертая категория — валюты социалистических стран и так называемый «СЭВовский» рубль. Пятая — вьетнамские донги. Наличный рубль «свободно» колебался в пределах написанных правительством цифр. В любом случае держателем иностранной валюты могло быть исключительно государство. Валютные спекуляции жестко преследовались по закону. Но были весьма выгодными.

Рассказывают, что в свое время Иосиф Сталин, которому показали рассчитанный специалистами курс рубля — примерно 5 рублей 30 копеек за доллар, решил, что более правильный курс — только 4 рубля. (Примерно такой же метод расчетов использовался, когда в СССР появился «обменный курс» — 90 копеек за один доллар). Понятное дело, иностранные туристы не желали менять по такому курсу свою валюту. Пришлось ввести «туристический» курс — 10 рублей за доллар. Впервые Ян Рокотов оценил возникающие возможности при обмене валют во время Всемирного фестиваля молодежи и студентов, который проходил в 1957 году в Москве. Его иностранным участникам было выгодно проводить обмен валюты с дельцами, которые давали за один «бакс» 20—25 рублей. Позднее вошедший во вкус Рокотов начал скупать у выходцев из арабских стран (чаще всего — у офицеров, обучавшихся в Москве) золотые монеты царской России. Швейцарские банки платили за такие «пятерки» и «десятки» $9—12. Рокотов давал за них по $20, перепродавая по полторы-две тысячи рублей за монету. Эти монеты были весьма ходовым товаром — тогда считалось, что вкладывать средства в золото надежнее всего. Московские и ленинградские «купцы» оперировали большими партиями валюты, золотых часов и драгоценностей. Выделялись среди «купцов» двое — Ян Рокотов («Ян Косой») и Владислав Файбышенко («Червончик»). Известным в их узком кругу был и Дмитрий Яковлев («Дим Димыч»). Кстати, он имел университетское образование и учился в аспирантуре Института народного хозяйства имени Плеханова. «Купцы» имели разветвленную систему посредников для скупки валюты и импортных вещей у иностранных туристов. Вся эта тройка была сравнительно молода — около 30 лет, энергична и предприимчива. В «преступное сообщество Рокотова и Файбышенко», как писали в то время советские газеты, также входили искусствовед Надежда Эдлис, музыкант Сергей Попов, ученый Иустин Лагун, а также Мушибири Ризванова и братья Паписмедовы из Тбилиси. Надежность своего незаконного бизнеса Ян Рокотов поддерживал своей деятельностью в качестве агента управления по борьбе с хищениями социалистической собственности (УБХСС) ГУВД Москвы. Впрочем, своих ближайших сообщников он никогда не сдавал.

Считается, что неприятности у упомянутых московских валютчиков начались в 1959 году. Весной этого года до двух представителей высшего руководства страны — первого заместителя председателя Совета Министров СССР А. И. Микояна и члена Президиума ЦК КПСС М. А. Суслова — дошла информация о том, что в Москве действует нелегальный валютный рынок. Самым обидным для них было то, что «накапали» на валютчиков американцы — экономист Виктор Перло и публицист Альберт Кан. Михаил Суслов тут же обвинил руководство МВД в том, что оно не справляется с поставленной задачей и предложил поручить борьбу с контрабандой и нарушением правил о валютных операциях Комитету государственной безопасности. В мае 1960 года на высшем уровне было принято решение о реорганизации борьбы с контрабандой и незаконными валютными операциями. И все подобные дела были переданы в ведение Второго Главного управления Комитета Государственной безопасности при Совете Министров СССР, которое занималось контрразведкой. Перед КГБ была поставлена задача перекрыть каналы валютного «черного рынка» и выявить его «королей». Разумеется, там и до этого много чего знали о жизни «валютчиков».

19 мая 1961 года все центральные советские газеты опубликовали информацию о том, что «недавно в Москве обезврежена группа злоумышленников, занимавшихся незаконными сделками с иностранной валютой и другими ценностями. Руководили группой Ян Рокотов и Владислав Файбышенко, остальные являлись перекупщиками. При задержании Рокотова у него были изъяты 440 золотых монет царской чеканки общим весом 12 килограммов, большое количество иностранной валюты, советских денег и других ценностей в общей сложности более чем на 25 миллионов рублей». Арестовали и «Дим Димыча», а также еще нескольких крупных московских, тбилисских и бакинских валютчиков. По закону, действовавшему в период совершения ими преступлений, наказанием за валютные операции должны были стать три года лишения свободы с конфискацией имущества. Но к началу следствия в СССР были приняты основы нового уголовного законодательства, в соответствии с которым наказание за незаконные валютные операции было ужесточено. В деле «Рокотова и компании» Московский городской суд решил руководствоваться новым положением и наказал Рокотова и Файбышенко по максимуму — 8 лет лишения свободы. Однако буквально за две недели до начала этого судебного процесса Президиум Верховного Совета СССР принимает указ, согласно которому нарушители валютных операций могут приговариваться уже к 15 годам лишения свободы. Казалось бы, к «делу Рокотова» это не имеет отношения — закон, как известно, обратной силы не имеет. Но…

В конце 1960 года первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев побывал с визитом в Западном Берлине. И там упрекнул местные власти в том, что они «превратили город в грязное болото спекуляции». А в ответ услышал, что «такой черной биржи, как ваша московская, нигде в мире нет». Вернувшись, глава государства потребовал от КГБ справку о состоянии борьбы с валютчиками и контрабандистами. И счел эту борьбу недостаточно жесткой, законодательство — несовершенным, а судей — излишне либеральными. Из стенограммы выступления Н. С. Хрущева на заседании Президиума ЦК КПСС 17 июня 1961 года: «У меня есть старый приятель — вместе на Донбассе работали. Он меня спросил, почему не расстреливаете этих варваров? Ты думаешь, народ будет осуждать, ты боишься запачкать руки в крови? Нет, народ этого ждет, требует. Вот пусть расстреляют. Он правду говорит, он сам рабочий, коммунист, он правильно отражает настроение людей, среди которых он вращается… Он правильно отражает настроение народа… Разве это жестокость? Человек разложился, ничем не занимался, с малых лет начал спекулировать. Ему только одно место — в гробу. Вы его оставили. 15 лет его надо кормить, иметь отдельную камеру, держать солдат для охраны. А что через 15 лет будет? Потом его расстреляют. У крестьян есть поговорка — «худую траву с поля вон»… Сталин в этих вопросах правильную занимал позицию. Он перегибал палку, но преступников мы никогда не щадили. Бить по врагам надо беспощадно и метко».

Колесо быстро завертелось. Тут же была подготовлена записка в Президиум ЦК с требованием и обоснованием необходимости изменить соответствующую статью Уголовного кодекса РСФСР, чтобы применять по такого рода делам исключительную меру уголовного наказания — смертную казнь. Уже 1 июля 1961 года председатель президиума Верховного Совета СССР Л. И. Брежнев подписал соответствующий Указ. Председатель Мосгорсуда Л. Громков по распоряжению Генсека был уволен с должности. Генеральный прокурор СССР Руденко вынес протест на мягкость приговора по делу валютчиков, и дело принял к разбирательству Верховный Суд РСФСР. Занял этот процесс недолго — неполных два дня. Суд приговорил Рокотова и Файбышенко к расстрелу. Вслед за ними высшую меру наказания получил и Яковлев. Хотя руководство КГБ (уникальный случай) направило письмо на имя Генерального прокурора СССР с просьбой не применять в отношении Яковлева смертной казни. Прокуратура отклонила эту просьбу. Через неделю после заседания Верховного суда РСФСР газета «Гудок» опубликовала пятистрочную заметку с заголовком «Валютчики расстреляны».  Всего в период с 1961 по 1964 год по «экономическим» статьям в СССР было расстреляно около 8 тысяч человек.

Демонтаж государственной валютной монополии в СССР начался в 1986 году. Весной 1991 года в стране был введён «рыночный курс» рубля и смягчён режим хождения наличной валюты. А потом появились первые официальные пункты обмена валюты.