История умолчания

Даже в перестроечные времена в центре читательского внимания были публицистика и художественная литература, а тут — серьезное научное исследование, правда, изложенное вполне читаемым языком. Речь идет о книге Владимира Корнилова «Донецко-Криворожская республика: расстрелянная мечта», изданной в прошлом году харьковским издательством «Фолио».

Презентации этого капитального труда проходят сейчас в разных городах Украины. Где угодно, но только не в Харькове, который в 1918 году и был столицей этой самой республики. Между тем, Донецко-Криворожская республика (ДКР) охватывала современные Сумскую, Харьковскую, Донецкую, Днепропетровскую, Запорожскую, Николаевскую, Херсонскую области, а также части Ростовской и Воронежской; города Ростов, Таганрог, Новочеркасск. Почему же и в советское, и в постсоветское время о ней старались помалкивать? Автор книги вспоминал: «В частности, такой поразительный, кричащий факт: о ДКР за чуть ли не сто лет с момента ее провозглашения не написано ни одной (!) книги или специальной монографии, в то время как о деятельности тех же пресловутых УНР и ЗУНР изданы и издаются фолианты, альбомы, сборники статей и т. д. В советские времена всего лишь одному (!) историку из Полтавы — Виктору Ревегуку — удалось пробить кандидатскую диссертацию по истории ДКР. Да и то, по свидетельству прессы, далась она ему с большим трудом — якобы ВАК долго отказывал в защите. Было это в далеком 1975-м. С тех пор, казалось бы, многие запреты и табу отпали, «белые пятна» украинской истории начали резко «темнеть», однако лишь в 2010 г. появилась вторая диссертация на ту же тему — в Днепропетровске ее защитил местный исследователь Олег Поплавский… Ну откуда харьковскому школьнику знать, что его город был столицей некой республики еще до того, как стать «первой столицей Украины», если, скажем, в учебнике С. Кульчицкого и Ю. Шаповала для 10-го класса истории УНР отведено по меньшей мере 35 страниц, ЗУНР — 13, а о ДКР — ни слова, ни полслова?»

Корреспондент газеты «Время» связался с В. Корниловым и попросил его прояснить несколько вопросов:

— Почему в советское время тема ДКР оказалась на обочине исторических исследований?

— История Донецко-Криворожской республики всегда была неудобной темой и для украинских национал-большевиков, и тем более для украинских националистов. Думаю, история ДКР замалчивалась из-за того, что, упоминая ее, поневоле нужно было отвечать на вопрос: как и на каких условиях данное административно-государственное образование оказалось в составе Украины. Ответ на этот вопрос был и остается неудобным для отцов идеи украинской государственности. ДКР вошла в состав советской Украины на нескольких обязательных условиях: ненациональный, не этнический характер Украины, не поддающееся сомнению нахождение Украины в составе России, федеративное устройство Украины, в котором Донецко-Криворожский бассейн, включая и Харьков, сохраняют широкую автономию. Думаю, не стоит напоминать, что основная часть этих обещаний была нарушена сразу же при формировании УССР, а последний был нарушен в 1991 г., когда Украина отделилась от России.

— Харьков был столицей ДКР. Насколько управление городом в тот период отличалось от других «пришествий» большевиков?

— Не надо забывать, что к моменту провозглашения Донецкой республики в январе 1918 года по всей России уже царили развал и анархия. Не был исключением и Харьков. Расстроенная экономика, перебои со снабжением продовольствия, фактически начавшаяся гражданская война, разрушенная связь со столицей, вследствие чего периодически возникавшая нехватка денежных знаков, инфляция — все это было характерно и для Харькова. На все это накладывался бешеный рост преступности, вызванный массовым наплывом в крупные города деклассированных элементов и дезертиров, бежавших с фронта с оружием. Конечно же, за несколько месяцев власти ДКР не могли преодолеть эти явления, характерные для России в целом. Тем более что буквально через несколько дней после провозглашения Донецкой республики началось вторжение немцев в Украину и, соответственно, все силы ДКР были брошены на формирование боевых отрядов, эвакуации предприятий, мобилизацию населения.

Однако властям Харькова даже в тех военных условиях удалось кое-чего добиться. Комендант города Павел Кин со своими скудными средствами сумел организовать милицию так, что могли позавидовать и столицы (Москва и Питер). Им был дан настоящий бой организованному бандитизму. Причем в отличие от общих тенденций, существовавших в те дни в России, большевистские власти ДКР не прибегали к массовым репрессиям, выглядели прямо-таки либералами на фоне иных регионов, предпочитали договариваться со своими идеологическими оппонентами и соблюдать хотя бы видимость законности. Последующие власти Харькова (я говорю сейчас не только о большевиках, вернувшихся в город в 1919 году, но и о тех, кто сменил власти ДКР в 1918 г. — о немцах и украинских гайдамаках) не были столь либеральны. Уже в первые же дни после ухода правительства Артема Харьков оказался завален трупами людей, которых расстреливали без суда и следствия прямо на улицах. Почему-то современные историки, подробно живописуя «зверства большевиков» образца 19-го и последующих годов, забывают об этой первой волне беззакония и террора, захлестнувшего оккупированную столицу Донецкой республики.

— И В. Ющенко, и обе его жены — внуки граждан ДКР. Как вы расцениваете его нежелание признать реалии?

— Я так понимаю, Ющенко и не подозревал об этом до недавнего времени. Года полтора назад он публично заявил, что ни Донецкой, ни Одесской республик никогда не существовало. Известный журналист Александр Чаленко в этой связи даже поерничал, призвав привлечь экс-президента к уголовной ответственности за публичное отрицание дончан и одесситов. Вот через Чаленко я не так давно и передал нашему знатоку трипольских горшков свою книгу «Донецко-Криворожская республика: расстрелянная мечта» с дарственной надписью, в которой сообщил «страшную» новость для Виктора Андреевича — о том, что его родная Хоружевка также входила в состав ДКР. Как вы понимаете, реакция бывшего «гаранта» нам пока неизвестна.

В Харькове стоят памятники руководителям ДКР Артему (Ф. Сергееву) и Н. Рудневу, есть улица Межлаука, но ни на одном постаменте, ни на одной из мемориальных досок не говорится, что же они возглавляли. В трудах по истории города и региона никак не объяснялся тот факт, что первое украинское советское правительство находилось здесь в изгнании и ничем не руководило. И уж совсем никому не хотелось говорить, что продвижение немецких войск по нашей территории не было мирным. Здесь Брестский мир не действовал, и до апреля 1918 года ДКР фактически была последним осколком старой России, продолжавшим честно вести войну. Здесь же большевики вполне мирно сотрудничали с представителями других партий, и это также разрушает окостеневшие за десятилетия схемы.

В книге В. Корнилова есть все краски, кроме черной и розовой. Автор не пытается ничего скрывать и никого не прославляет. Там действуют люди, а не символы или манекены. Неудивительно, что книга разошлась, как говорят издатели и продавцы, «в лёт». Я очень придирчивый читатель и могу сказать, что, изучив ее, открыл для себя много нового и несколько дней не упускал ее из рук.