Медреформа или разрушение медицины?

30-06-2020

Второй этап медицинской реформы должен был начаться еще 1 января 2020 года. Но потом из-за неготовности системы его перенесли на 1 апреля 2020 года. Едва второй этап медреформы начался, как недовольство реформой высказал Президент. Вслед за ним министр здравоохранения заявил, что реформа медицины идет неправильно. Более того, результаты запуска второго этапа реформы министр назвал «разрушением медицины».

Что происходит сегодня с реформой? Что думают по этому поводу врачи? Когда реформа все-таки заработает, а изменения в качестве медицинских услуг наконец ощутят на себе пациенты?

Вперед — в прошлое

В Минздраве признали: к новому этапу медреформы в стране сегодня не готовы. Реформа, по сути, остановлена. Минздрав аргументировал откат ее кардинальным снижением финансирования части больниц. Что же произошло?
По данным НЗСУ, почти 1000 медучреждений, что подписали контракт, в целом получили из госбюджета значительно больше средств, чем в 2019 году. Разница составила от 4 тысяч до 277 млн. гривен.
Еще около 600 больниц получили намного меньше средств. В частности, 176 учреждений получили до 10% меньше, чем в прошлом году из субвенции, 107 учреждений — от 10 до 30% меньше, 331 учреждение — менее 50% от субвенции.
Важно отметить, что среди этих 600 недофинансированных учреждений — 56 психоневрологических и психиатрических больниц, туберкулезные учреждения, наркодиспансеры, инфекционные больницы.
— Если бы наш диспансер финансировался в свете новой реформы, это была бы катастрофа, — в голосе директора Харьковского областного противотуберкулезного диспансера №6 Ирины Кушнаревой чувствуется волнение. — Это была бы только 1/5 часть от потребности. Но нас дофинансировал областной бюджет и мы работаем сейчас в прежнем режиме.
Вместо того, чтобы в результате преобразований сделать противотуберкулезную службу по-настоящему эффективной, реформаторы предпочли, сократив финансирование, попросту ее уничтожить, передав ее функции семейным врачам, которые не имеют опыта лечения этой болезни. И это в период пандемии туберкулеза, что длится в стране уже четверть века! Украина входит сегодня в число лидеров в Европе по заболеваемости туберкулезом, занимая второе место. Но до сих пор эта служба так и не реформирована.
Это стало серьезной проблемой. Но в Минздраве схватились за голову только сейчас. Хотя нынешнюю ситуацию с легкостью можно было предвидеть еще в конце 2019 года, когда принималась эта реформа, которую ныне министр называет «разрушением медицины». Несмотря на громкие заявления, у министерства и сегодня нет понимания, что и как делать с противотуберкулезной службой. В то время, как ситуация становится все более угрожающей.
— Раньше более 50% больных туберкулезом выявляли во время профосмотров. Но в этом году профосмотры отменили, — сетует Ирина Кушнарева. — Говорят, нет денег. Теперь выявляем туберкулез только при обращении к нам, когда сдают на права или нужна справка при устройстве на работу. Часто у пациентов уже запущенная, тяжелая форма туберкулеза.
Аналогичная ситуация сложилась и с психиатрической помощью. Сегодня в специализированных психоневрологических больницах лечится почти 22 тысячи больных с хроническими психическими заболеваниями, которые утратили социальные связи. Зачастую они агрессивны и физически опасны. У большинства из них нет дома, от многих отказались родственники — в силу их неадекватного и враждебного поведения, способного причинить вред окружающим. Если бы не самопожертвование врачей, которые не прекращали до этого времени оказывать им помощь, все они могли бы оказаться на улице. Рядом с нами и нашими детьми. Буйные и невменяемые. Ситуация в психиатрической службе сегодня настолько сложна и непредсказуема, что главврачи харьковских психоневрологических диспансеров отказываются ее комментировать.
Что предлагает Минздрав? По сути, ничего. Вместо реформирования психиатрии, министр заявил, что все остается, как прежде. В том числе и объем их финансирования. С одной стороны, это хорошо, больных не выставят на улицу, с другой, — у врачей-психиатров, ежедневно подвергающих свою жизнь опасности, так и останутся нищенские зарплаты. Итак будет не только в психиатрии. В чем тогда суть медреформы, если все остается по-прежнему? 

Что дальше?

На медицину в Украине традиционно выделяется очень мало средств — около 3% от ВВП. Эти деньги всегда тонким пластом размазывались по всем больницам и все больницы были недофинансированы. Пациенты вынуждены были все до мелочей — вплоть до бинтов и ваты — покупать за собственные деньги, врачи — получать мизерную зарплату.
Чтобы раз и навсегда покончить с такой несправедливостью и решили провести реформу медицины. Задача ее как раз и состоит в том, чтобы коренным образом изменить эту ситуацию: предоставить пациенту доступ к качественной и бесплатной медицине, когда финансируют не медицину в целом, а адресно — конкретного пациента, а медикам — повысить зарплату. До уровня достойной.
Сегодня в Минздраве говорят, чтобы реформа заработала, в нее надо заложить не 3%, а целых 6% ВВП.
Но где взять на это деньги, когда в бюджете сложно наскрести даже 3%? Отобрать финансирование у «сильных» больниц, что готовились к реформе, закупали оборудование, подписали контракты с НЗСУ, и — отдать тем, кто мало что сделал, чтобы предоставлять качественные медицинские услуги? Но это — провал реформы.
Слабые больницы все равно не получат финансирование в том количестве, чтобы оказывать пациентам услуги бесплатно. Да и какие услуги? Этих услуг в больницах нет, потому, что там нет современного медоборудования, а также врачей, умеющих работать на нем. Деньги снова просто размажут тонким слоем по больницам, финансируя тем самым здания и койки, а не качество медицинских услуг, предоставленных пациентам.
В свою очередь, пострадают и больницы, которые в состоянии оказывать современные медицинские услуги, в том числе сложные обследования и сложные операции. В результате может случиться так, что качественную помощь пациенту не смогут оказывать ни «сильные» больницы, ни слабые. «Сильные» из-за проблем с финансированием, которое может оказаться недостаточным. Слабые — из-за того, что высокотехнологичных услуг у них и вовсе нет в их перечне. А денег на тех и других в бюджете не хватит.

Новые стандарты помощи
В то же время, в свете реформы Кабмин на внеочередном заседании повысил тарифы на медицинские услуги по трем направлениям: экстренная помощь, инсульт и инфаркт миокарда.  
Предполагается, что тариф на экстренную помощь с 1 июля по 31 декабря вырастет с 11,6 тысяч грн. до 16,3 тысяч грн., в случае инсульта — с 19,3 тысячи грн. до почти 27 тысяч грн., медпомощь при инфаркте возрастет с 16 тысячи грн. до 30 тысяч грн.
При этом источники финансирования не указаны. А ведь это новое давление на бюджет, который трещит по всем швам. «Если это деньги, которые выделены НЗСУ на COVID, то что мы будем делать осенью с больными COVID? Мы ведь видим, как меняется ситуация и насколько возросло количество новых случаев», — высказывает тревогу гендиректор Директората медицинских услуг Минздрава Украины Оксана Сухорукова.
Сегодня медреформа предусматривает в программе государственных медицинских гарантий 26 пакетов бесплатных услуг.Три пакета уже пересмотрены. Когда пересчитают остальные пакеты, неизвестно. 
— Мы пока не в приоритете, — отмечает заведующий офтальмологическим отделением Харьковской областной клинической больницы Дмитрий Мирошник. — Вроде бы с июля начнут финансировать за пролеченных больных. Сколько будет стоить удаление катаракты? По нашей службе таких расчетов пока нет, мы ничего еще не видели.
— Мы получаем финансирование, как раньше, только меньше, — сообщает Гульнара Ломинадзе, заместитель главного врача по лечебной работе в вопросах акушерства и гинекологии регионального перинатального центра. — У нас убрали все надбавки, говорят, не хватает денег. Один случай родов будет стоить чуть больше 8 тысяч гривен. А если это осложненные роды? Раньше только один набор для кесарева стоил 4 тысячи гривен в аптеке. 
Безусловно, реформа в медицине назрела уже давно. Ведь, если оставить все, как есть, это значит отказать пациентам в качественной медицине и продолжить тотальную уравниловку среди врачей. Но не может хирург, работающий в поликлинике, вскрывающий фурункулы, получать одинаковую зарплату с кардиохирургом, оперирующем на открытом серце в клинике. При всем уважении к первому.
Но сегодня реформа не дает четких ответов на вопросы, что волнуют врачей и пациентов. В нынешней медреформе много такого, что не понятно трезвому уму и не поддается элементарной логике. Например, финансирование медицинской услуги конкретному пациенту, и в то же время финансирование зданий больницы Это две разных реформы? По сути, это разбазаривание национального бюджета. А по существу — смесь бульдога с носорогом. И ноль результата на выходе.
 У врачей забирают надбавки и тут же лихо тратят эти деньги на содержание ненужных помещений. Это при сегодняшнем-то дефиците бюджета.
В том, что предлагает сегодня медицинская реформа нет ни стратегии, ни тактики, ни того, как поставленных целей можно достичь, эффективно распорядившись финансовым ресурсом. Вместо этого — громкие заявления и трудновыполнимые обещания. Нет комплексного подхода, нет понимания сути процессов, происходящих в системе здравоохранения. Пациента нет вообще нигде. Разве такую реформу мы хотели? 

Наталья Меркулова, 
корреспондент

Читайте также
Другие материалы рубрики