Жена-лгунья, муж возвращается домой, а Шерлок женился…

14-03-2018

Театр Романа Панченко «Company» показал на сцене Харьковского театрально-концертного центра (малый зал оперного театра) музыкальную комедию «Шерлок женился!» в оригинальной режиссерской версии Алексея Дугинова.

Всякое сценическое искусство начинается с того, что мы попадаем в атмосферу конкретного места действия, благодаря сценографии, поданной театральным художником в манере то ли «конструктив», то ли «дизайн». Если декорации носят приблизительный характер, мы с нетерпением ожидаем появления артистов, которые помогли бы нам взять в толк, где, зачем и почему оказались их персонажи. 
Не случайно начинаю рецензию с оформления спектакля, так как считаю его несомненной удачей сцено­графа Юлии Бряскун, работавшей над этим музыкально-драматическое шоу. Сценическое убранство комфортабельной квартиры — лаконичный югендстиль, который моментально характеризует тех, кто является хозяевами данного жилища. Только в такой интерьер, передавая вкусы его обитателей, способны вписаться театральные костюмы, придуманные и сконструированные известным харьковским модельером Константином Пономаревым. Итак, первый альянс состоялся — респект сценографу и модельеру! 
Стержнем сюжетной линии спектакля послужила вечная коллизия, трансформирующаяся в литературных умах от «Декамерона» итальянца Джованни Боккаччо и «Кентерберийских рассказов» отца английской поэзии Джефри Чосера до наших дней. Адюльтер бессмертен, так как актуален во все времена у всех народов. 
Судя по всему, в данном случае за основу была взята оперетка «Моя жена — лгунья», в свое время переписанная с водевиля «Муж возвращается домой». А если дальше копнуть в глубь веков, то мы доберемся до комических опер, впервые появившихся еще в 1715 году.
Впрочем, отвлечемся от бездонного кладезя первоисточников и вернемся к музыкальной пьесе «Шерлок женился!», появившейся в результате сотворчества режиссера и автора диалогов в одном лице и музыкантов, в джазовой обработке исполняющих миксы из произведений известных и малоизвестных композиторов. Управляет живым камерным оркестром популярный харьковский маэстро, он же дирижер-постановщик Сергей Горкуша. 
Вполне естественно, что для превращения вокально-танцевальной пьесы в спектакль необходимы артисты, обладающие певческими голосами, сценическими пластическими и хорео­графическими данными. Но где же взять таких лицедеев, которые бы не вынесли на сцену груз наработанных за годы служения театру «сверх-сверхзадач» и не засеяли залежавшимися «зернами образов» вдохновенную сцену?
Первым, кто порадовал своим появлением в спектакле, оказался Владислав Кулев (Холмс). Когда-то давно я обратил на него внимание в концертной программе, где он еще школьником играл на фортепиано в команде харьковских клезмеров (для любо­знательных поясню, что это слово в переводе с идиша означает музыкант и образовано от двух частей: «клей» — применение и «земер» — песня). Помню, подошел к Владу и, напугав, сказал: «Парень, ты станешь классным артистом!». И он таки им стал. На его жизненном пути встретился прекрасный режиссер Алексей Настаченко, сделавший из юного клезмера ведущего артиста молодежного театра «Мадригал». 
В рассматриваемом спектакле Влад, помимо интересной актерской трактовки своевольного персонажа, демонстрирует завидные вокальные данные и сценическую свободу в рамках создаваемого характера. Актер последователен задачам, которые возлагают на него жанровые особенности действия, насыщенного разговорной речью, музыкой и вокалом. В шоу, синтезирующем в себе несколько видов искусства, важно сохранять внутренний баланс, то есть не делать ударного акцента на каком-то одном направлении, потому что зритель сразу начинает оценивать артиста с позиций его сильных и слабых возможностей. Влад Кулев доказал, что находится в той творческой поре, когда может управлять сценическим персонажем на подсознательном уровне. Получился эдакий эстетствующий англичанин, любящий пошутить, но не воспринимающий шуток в свой адрес. 
Роль его восхитительной супруги Кэтти изящно играет, поет и танцует солистка оперного театра Юлия Антонова, причем делает это отменно. Без присущего опереточным субреткам жеманства, передает состояние женщины, обуреваемой горькими чувствами перед незаслуженными обвинениями в измене. Она с ужасом наблюдает сцену, когда любимый муж, собираясь уйти, пакует чемодан, и не желает верить, что он расстанется с ней. Кэт делает все, чтобы остановить Холмса, но уговоры тщетны. И не известно, как разрешился бы конфликт миссис Холмс с мужем, если бы не вмешалась подруга их семьи толстушка Мэри…
Для меня полной неожиданностью стала встреча с обладательницей роскошного меццо-сопрано, лауреатом международных конкурсов, солисткой харьковской оперы Викторией Житковой в острохарактерной роли Мэри. Какая легкость движений, сколько удовольствия Виктория получает, купаясь в этой роли, обдавая брызгами своего таланта весь зрительный зал! Браво Алексею Дугинову, что подарил харьковским зрителем возможность открыть для себя оперную диву в новом, совершенно ином качестве классной драматической актрисы.
Уверенно ведет свою героиню по тернистому пути прислуги в доме ревнивого хозяина обладательница гран-при на международном конкурсе вокалистов Анна Помпеева. Её миссис Хадсон всё знает, поступает как нужно Холмсу или Кэтти, и появляется только в тот момент, когда в ней испытывают необходимость. На ее молчаливом лице выражено буквально всё, даже то, чего невозможно произнести со сцены. Ну а вокальные партии, сами понимаете, — истинно вокальные!
Ватсона играет мадригаловец Константин Новиков. Как мне показалось, работая над этой ролью, он брал за образец киногероев Чарли Чаплина. Таких артистов, как Новиков, в театре называют вездесущими. По внеш­нему виду он социальный герой-простак, а по внутренней выразительности способен освоить буквально все существующие амплуа. Уважаю артистов, которые на сцене способны выглядеть как угодно, но только не как в жизни. В этом спектакле сценический характер друга семьи становится инструментом интриги, которую затеяли Кэтти и Мэри, а в результате пострадал Ватсон, пытавшийся спасти честь и достоинство дорогих его сердцу людей.
«Шерлок женился!» — добрый спектакль, доставляющий удовольствие. Он не обременен тяжелыми метафорами и трудно считываемыми символическими значениями. Актеры столь увлеченно озабочены перипетиями своих сценических персонажей, что ни минуты не сидят без дела. Сцена наполнена музыкальным действием, отдаленно напоминающим стилевые особенности бродвейских театров. Кстати, такие ретро-традиции нынче снова входят в моду, и театр всей душой оборачивается к ним. 
…Раскрывается занавес, призывно звучит то удаляющийся, то приближающийся, но никогда не покидающий нас джаз. Под его звуки разыгрывается семейный скандал между двумя бесконечно любящими друг друга людьми. Они расходятся и сходятся, потому что в этом жанре всегда предусмотрен счастливый конец.
Александр Анничев. 

Читайте также
Другие материалы рубрики