Праворадикальные приспешники Кремля. Центральноевропейский срез

12-05-2017

В разгар войны в Персидском заливе генерал вооруженных сил США Джон Шаликашвили в ответ на вопрос «близка ли победа» ответил: «Мы не побеждаем, пока CNN не сообщит о том, что мы побеждаем». Хотя с тех пор прошло четверть века, это выражение американского военного может считаться девизом современной войны ...

Стремительное развитие средств массовой коммуникации, особенно после проникновения социальных сетей во все уголки нашей повседневности, обеспечило информационным войнам тотальный характер. Сегодня каждый из нас является объектом ежедневных информационных атак и действий, манипулятивную природу которых не всегда удается распознать и осознать. Поэтому в военных штабах глобальных мировых игроков давно поняли, что доминирование в информационном пространстве противника может принести бОльшие дивиденды, чем успехи на поле боя.

Соответственно, информационная война стала острием гибридной агрессии России против Запада задолго до аннексии Крыма. Некоторые считают точкой отсчета этого противостояния «Мюнхенскую речь» Путина 2007 года, другие указывают на грузино-российскую войну годом позже ... Однако совершенно очевидно, что именно украинская Революция Достоинства запустила процесс токсической реакции в пробирке кремлевской пропаганды, резкий запах которой разнесся по всему миру.

Разрушительный потенциал российской пропаганды стал неприятной неожиданностью для западных столиц. В то же время, европейская бюрократия оказалась не готовой к многочисленным вызовам в сфере безопасности, которые взбаламутили тихие воды европейской политики. Сможет ли Брюссель восстановить управляемость союзного корабля под натиском России - покажет время.

Но сложные общественно-политические процессы в Центральной Европе, связанные с конструированием национальной идентичности в условиях идеологического вакуума Западной цивилизации, очевидно, только усложнят жизнь еврочиновникам. Эхом западноевропейского правого и левого политического популизма в регионе стала актуализация местными элитами концептов национальной памяти, которые противопоставляются более тесной интеграции с институтами ЕС.

Этим настроениям открыто подыгрывает Москва. Аналогично своей стратегии по Черноморскому региону или Балканам, Россия подпитывает общественные фобии в странах Вышеградской четверки, которые вернулись в лоно Запада лишь после распада соцлагеря - по меркам европейской истории почти «вчера». Поэтому в Центральноевропейских странах российская пропаганда пытается реанимировать фантомные боли, корни которых пронизывает весь ХХ век - период борьбы и поражения демократической традиции государства в условиях неравной конкуренции с тоталитарными системами.

Такая стратегия дает свой результат - среди радикализированной части обществ региона растет убеждение, что паневропейский проект оказался тесен для сохранения суверенитета отдельного государства. Поддерживая местные ревизионистские силы в финансовой, организационной и идеологической плоскостях, Кремль действует по известной формуле геополитики - разделяй и властвуй. Но, поскольку сейчас у Москвы нет ресурса для восстановления прямого управления над бывшими вассалами Варшавского договора, ей остается только «разделять».

Приспешниками Кремля в этой деятельности стали сети правых радикалов в странах Вышеградской четверки и Австрии. Поэтому для стран ЕС остается крайне актуальным вопрос идентификации основных пророссийских актеров региона.

Если не исчерпывающий, то однозначно обстоятельный ответ на этот вопрос дает исследование «Деятельность пророссийских экстремистских групп в Центральной и Восточной Европі», проведенное группой международных экспертов, работавших в соответствующем проекте венгерского Института политического консалтинга и анализа «Политический капитал» (Political Capital Policy Research and Consulting Institute). К работе над аналитическими материалами          попали в фокус изучения. В каждой из этих стран вопрос кураторства и поддержки Кремлем деятельности этих организаций приобрел если не критический, то без сомнения угрожающий характер.

 

Австрия

Флагманом пророссийских организаций в Австрии является правая Австрийская партия свободы (АПС), которая имеет сегодня 38 из 183 мест в нижней палате австрийского парламента - Национальном Совете. При этом переориентация руководства партии на сближение с Кремлем состоялась еще в 2007 году, однако именно после аннексии Крыма контакты интенсифицировались в разы. Так, недавно АПС заключила соглашение о взаимодействии и координации с «Единой Россией», а последней антиукраинской акцией австрийских правых адептов Путина стал визит представителей партии на «Ялтинский международный экономический форум», который проводила оккупационная власть Крыма.

Как отмечают авторы аналитической записки о влиянии России в среде европейских правых Австрии, сотрудничество АПС с Кремлем базируется на ультраконсервативных ценностях, которые противопоставляются «декадентскому» и коррумпированному Западу. Кроме того, АПС не только легитимизирует внутреннюю и внешнюю политику Российской Федерации, но и пропагандирует тезисы о моральном «превосходстве» Кремля над Западом.

Учитывая враждебный Украине дискурс, в рамках которого действует АПС, вполне предметное беспокойство вызывает рост поддержки партии среди австрийских избирателей накануне парламентских выборов, которые состоятся в следующем году. Так, социологические опросы в конце 2016 фиксировали рост электоральной поддержки АПС до рекордных для этой партии 35% (на предыдущих выборах в 2013 г. националисты получили 20,5%). Кстати, во втором туре президентских выборов (май 2016) кандидату от АПС не хватило всего лишь 30 тысяч голосов для победы.

Впрочем, сеть российского лобби в Австрии не ограничивается рамками политических партий. Влияние Кремля прослеживается среди крайнеправых молодежных движений, среди которых получают популярность идеи евразийства. Идеологическая платформа Александра Дугина находит сторонников среди членов исламофобской организации «Идентитаристское движение» (Identitarian Movement), австрийский филиал которой был основан в 2012 году. Эта структура сохраняет потенциал к применению насилия и, как отмечают австрийские эксперты, обладает значительным мобилизационным резервом.

Другим примером является основанный в 2014 году Институт им. Суворова в Вене, который играет роль связующего звена между пророссийскими ультраправыми группами и христианско-фундаменталистскими кругами. В похожем фарватере действует Центр континентального сотрудничества (Center for Continental Cooperation), источники финансирования которого частично находятся в России. При этом обе организации имеют тесные связи с Идентитаристским движением в Австрии.

 

Чехия

Чешская Республика является одной из немногих стран ЕС, в которой откровенно пророссийские заявления время от времени звучат из уст представителей политической элиты. Так, среди украинцев недобрую славу «друга Путина» получил чешский президент Земан. Достойную «конкуренцию» ему составляет лидер партии «Свобода и прямая демократия» Томио Окамура, недавно «отличившийся» заявлением о том, что ЕС «наказал Россию за преступления украинских фашистов из Киева».

Среди парламентских партий Чехии традиционно ориентируется на Москву Коммунистическая партия Чехии и Моравии. В то же время на пророссийских позициях стоят идеологические враги коммунистов - крайние правые партии «улицы» - «Свобода и Прямая Демократия», «Национальная Демократия» и «Рабочая партия социальной справедливости».

Однако, по мнению авторов исследования, более пристального внимания в контексте гибридных технологий влияния Кремля заслуживают местные парамилитарные структуры. Вряд ли простым совпадением есть то обстоятельство, что чешские военизированные движения «Резерв Чехословацких солдат» (The Czechoslovak Soldiers in Reserve) и «Национальная самооборона» (National Home Guard) возникли после аннексии Крыма, а именно в 2015 году.

Первая организация в своем «меморандуме» призывает к неучастию Чехии в деятельности НАТО, которая может быть «направленной против славянских наций». Как отмечают эксперты «Политического капитала», в ряды этой организации входят преимущественно бывшие военные, а их обучение проводится с использованием летального оружия. Вторая структура, «Национальная самооборона», была создана членами Национал-демократической партии в ответ на миграционный кризис 2015 для «защиты» Чехии от наплыва мигрантов. Между прочим, в марте 2016 делегация этой организации посетила так называемую ДНР. После этого, 1 сентября, в одном из крупнейших городов Чешской Республики Остраве открылось «консульство» ДНР. Стоит отметить, что в начале апреля областной суд города Острава принял решение о начале процедуры ликвидации «представительского центра ДНР» на территории Чехии. Однако то обстоятельство, что чешской власти понадобилось полгода для закрытия бутафорского «консульства» боевиков, указывает на слабый инструментарий противодействия гибридным угрозам со стороны России, а также недостаток осознания масштаба соответствующих угроз.

По мнению авторов исследования о связи Кремля и чешских националистов, хоть членами этих организаций есть лишь несколько сотен человек, подобные структуры могут в нужный момент дестабилизировать ситуацию ксенофобскими действиями в отношении мигрантов, чем непременно воспользуется Кремль и пророссийские политсилы внутри страны.

В 2015 году Чешская контрразведка («Информационная служба безопасности») в ежегодном отчете сообщала, что «кремлевские лоббисты» работают на провоцирование социальной и внутриполитической напряженности в Чехии, а их цель - разрушить единство НАТО и ЕС для того, чтобы изолировать Украину на международной арене.

Такая активность Москвы стала толчком для создания в Праге «Центра борьбы с терроризмом и гибридными угрозами». Организация начала работу в текущем году, а к задачам ее сотрудников, подчиненных МВД Чехии, принадлежит наблюдение за подозрительными публикациями и идентификация фейковых профилей и новостей.

 

Венгрия

Эксперты венгерского института «Политический капитал» отмечают, что Венгрия становится общеевропейским центром альтернативных правых (alt-right), что создает благоприятный фон для дезинформационной деятельности Кремля.

Яркий пример синтеза венгерских радикальных националистов и российских пропагандистов - «Молодежное движение 64-х округов» (HVIM), который требует восстановления границ Венгрии, существовавших до распада Австро-Венгерской империи (в то время в административный состав Венгрии входили 64 округа). В связи с этим представители данной структуры утверждают в своих заявлениях, что Закарпатье не является частью Украины, и обещают защищать тамошнее венгерское меньшинство. Возможно, именно с такой «целью» «Молодежное движение 64-х округов» организует в Венгрии пикеты в поддержку сепаратистов на востоке Украины.

Венгерская неонацистская организация «Движение национальный фронт», деятельность которой представляла опасность для межнационального согласия, была распущена после того как 26 октября 2016 ее лидер Иштван Дьоркош убил полицейского. Следствие установило, что эта организация имела тесные связи с российскими дипломатами и службами (в журналистских расследованиях речь идет даже об обучении по боевой стрельбы, которое «Движение национальный фронт» проводило совместно с русскими, действовавшими под дипломатическим прикрытием).

Геополитические усилия России и целенаправленная пропаганда подпитывает венгерские националистические нарративы о возврате утраченных территорий - Закарпатья и Трансильвании. Такая риторика идеально вписывается в стратегию России, которая заключается в «размывании» границ в регионе путем реанимации и подкормки старых территориальных споров. По оценке авторов исследования, в будущем на основе этих противоречий Москва может попытаться создать новые замороженные конфликты.

 

Словакия

Подобно остальным странам Вышеградской четверки, в Словакии на передовой российской пропаганды оказалась правая «Народная партия - наша Словакия», которая на прошлых парламентских выборах (2016) получила поддержку 8% избирателей, что на 6,5% или на 160 тыс. голосов больше по сравнению с результатами предыдущего волеизъявления. Лидер этой партии Марьян Котлеба сравнивал украинский Майдан с действиями «террористов» и стал инициатором петиции о выходе Словакии из ЕС и НАТО.

Однако наиболее заметной особенностью сотрудничества Кремля и словацких праворадикальных парамилитарных группировок является активный рекрутинг местных «пассионариев» для дальнейшего привлечения к террористической деятельности на Донбассе в составе вооруженных формирований сепаратистов. Следовательно, аналитики «Политического капитала» обращают внимание на деятельность Школы подготовки телохранителей (The Private Secondary Professional School for the Protection of Persons and Properties) в Братиславе. В частности, утверждается, что в учреждении широко распространены антизападные и антинатовские настроения. Это обстоятельство вполне закономерно, ведь школа была основана неким Штефаном Куриллой - сертифицированным инструктором российской системы «Спецназ» (созданной для спецподразделений министерств обороны и внутренних дел Российской Федерации). Более того, бывший глава школы, Йозеф Ганджала, является членом «Ассоциации словацких военных», которая выступает с осуждением отправки словацких военных в Латвию в рамках обязательств по сдерживанию России в Балтийском регионе, согласно решениям Варшавского саммита НАТО.

Но, несмотря на это, в Школе продолжается обучение полицейских муниципальной полиции, таможенной службы и военной полиции. Благодаря таким близким отношениям с институтами безопасности Словакии, пророссийские агенты влияния получают дополнительные каналы воздействия.

 

Польша

Стратегия российской пропаганды в Польше на самом деле не направлена ​​непосредственно против прозападной геополитической ориентации, ведь враждебное отношение к внешней политике Кремля в польском обществе укоренилось значительно глубже, чем в других странах Вышеградской четверки и Австрии. Соответственно, цель России состоит в создании напряжения и обоюдных провокаций на польско-украинском пограничье, провоцировании конфликтности в сфере национальной памяти между двумя народами.

Поэтому авторы исследования в связях польских националистов с Кремлем обращают внимание на деятельность пропутинской партии «Смена» (Zmiana). К этому прокремлевскому проекту привлечены бывшие члены партий «Самооборона Республики Польша», «Коммунистическая молодежь Польши» и представители группы ультраправых националистов «Фаланга». Во главе союза пророссийских сил Польши оказался одиозный местный политик Матеуш Пискорский, который ранее был наблюдателем на Крымском «референдуме» и приглашал представителей сепаратистов Донбасса в Польшу «рассказать о своем видении войны на востоке Украины». В настоящее время польская контрразведка изучает деятельность Пискорского по обвинению в шпионаже в пользу России.

В то же время, по оценке экспертов института «Политический капитал», такие антиукраинские организации как «Национальное возрождение Польши» и «Национально-радикальный лагерь» (неонацистская организация) не могут быть обвинены в симпатиях к России. Однако их крайне напряженные отношения с украинской общиной в Польше и враждебное отношение к ЕС косвенно играют на руку Москвы. В этом и есть принципиальная особенность «польского фронта» Кремля - ​​в отличие от соседей по Вышеграду и Австрии, где Кремль пытается выглядеть «другом» и «альтернативой загнивающему Западу», в Польше поддержка и резонирование антироссийских настроений четко ложится в концепцию создания поясов нестабильности, в частности, дестабилизации Украины путем стимулирования антиукраинского нарратива над Вислой.

 

Материал подготовлен в рамках деятельности международного информационного консорциума по противодействию пропаганде РФ «БАСТИОН».

Лорант ДЬЁРИ,

Political Capital, Венгрия,

Владимир СОЛОВЬЯН,

Центр исследований армии, конверсии и разоружения, Украина

Читайте также
Другие материалы рубрики