Образование как лицо общества…

07-10-2019

На минувшей неделе премьер-министр Украины Алексей Гончарук, представляя в Раде намерения своего Кабинета (полноценной программой это пока назвать сложно), обозначил приоритеты в образовательной сфере.

 

Основные тезисы: правительство продолжит реформу «Новая украинская школа» («НУШ»), создаст условия для либерализации частных учебных заведений и изменит принципы финансирования высшего образования.

Перекрашиваем фасад или строим «НУШ»?
Как мы уже сообщали, новый министр образования и науки Украины Анна Новосад обещает продолжить реформы, начатые командой своей предшественницы Лилии Гриневич. По ее словам, в первую очередь МОН планирует завершить изменения в начальной школе и начать реформу в базовой школе. «Однозначно, это останется на адженде», — заявила она. 
Читатель, встретив в речи министра странное для нашего уха слово, возможно, будет удивлен. Возможно, Анна просто думает на английском языке (отсюда и англицизмы), ибо «адженда» в переводе на русский означает всего лишь «повестку дня».
Напомним, что еще 1 сентября 2018 года в Украине стартовала реформа начального образования — «Новая украинская школа». Все первоклассники, которые пошли в школу в 2018 году и в последующие годы, будут учиться 12 лет. Главная цель реформы — создать школу, в которой будет приятно учиться и которая будет давать ученикам не только знания, но и умение применять их в жизни. 
Вот мнение, которое автор этих строк услышала в доверительной беседе от одного из лучших харьковских педагогов начальной школы: «Казалось бы, надо радоваться! Но при этом учитель не готов к реформе. Потому что если учитель не освоил новую методику обучения, то он может только навредить. Ведь важно создать ситуацию, когда ребенок захочет учиться. По старой методике это невозможно. Учитель должен понимать, как детскую мысль привести к знанию, как научить ребенка думать. На старом содержании новое образование получить нельзя. А учебники остались старые. Как можно, перекрасив фасад, заявлять, что мы перестроили здание?».
Мы реформируем образование по польскому опыту. Но в Польше реформа готовилась 20 лет. А мы, молодцы, мы разработали Госстандарт и обобщили опыт восьми стран всего за… полтора года.
Теперь на очереди — старшая школа. По словам министра Анны Новосад, образовательная реформа на уровне старшей школы запланирована в 2027 году, однако правительство ищет возможности ускорить изменения системы.

 «Товар» особого рода…
Что еще в заявлениях премьера идеологически важно? Конечно же, тезис о либерализации деятельности приватных университетов, институтов, частных школ и частных детских садов. «Мы должны создать условия, при которых бизнес, в том числе, сможет предоставлять такие услуги», — сказал премьер Алексей Гончарук.
Почти 30-летний опыт приватного образования в Украине позволяет сказать, что услуги услугам рознь. Одно дело, когда приватное учебное заведение создают профессионалы в сфере образования, готовые использовать самые прогрессивные формы организации учебного процесса, новые методики, специальные предметы, и совсем другое, когда некий бизнесмен, понятия не имеющий ни о педагогике, ни о миссии образования, открывает школу или детский сад, нанимает «персонал» и требует от него… прибыли. Тут следует напомнить, что учреждения образования — априори неприбыльные организации. То есть автора этих строк в словах премьера смущает именно слово «бизнес». 
Образование может быть услугой, но оно не может быть бизнесом, таким же, как, к примеру, организация сети парикмахерских или супермаркетов. Это «товар» особого рода, который сохраняет черты общественного блага. Особенность услуг образования в том, что эффект, который получают человек и общество, трудно количественно оценить. 

Вперед, в ПТУ!

«Нам следует перестать тратить государственные средства на стены и помещения, — заявил премьер Алексей Гончарук. — Вместо этого ввести такой адресный подход, где, получая стипендию и другие стимулирующие выплаты, гранты, мы будем предоставлять возможность талантливым людям, которые хотят получать образование и заниматься наукой, развиваться».
Заметим по ходу дела, что «стены и помещения» заведений высшего образования у нас и так финансируются через пень-колоду, иначе зимой некоторым университетам не пришлось бы прекращать учебный процесс из-за отсутствия отопления.
Но не будем воспринимать слова премьера буквально, он, конечно же, выразился образно, имея в виду развитие интеллектуального потенциала государства. Здесь проблем накопилось столько, что лишь успевай разгребать.
В первую очередь это проблемы востребованности выпускников с дипломами о высшем образовании на рынке труда и качества знаний, соответствующих требованиям времени.
В программе правительства, опубликованной на сайте Верховной Рады, указывается, что надо обеспечить «рост процента выпускников школ, которые выбирают профессиональное (начальное профессиональное и профессиональное перед высшим) образование после школы, по меньшей мере, до 45%». А почему не до 65% или 35%? Откуда взяли показатель? Особенно в условиях демографического кризиса, когда фактически каждый желающий, более-менее прилично сдавший ВНО, может поступить учиться в заведение высшего образования на бюджет или на контракт.
Думается, многие дети сегодня выбрали бы профессиональные училища, прежде всего потому, что молодое поколение более прагматичное, наши взрослеющие дети хотят побыстрее начать зарабатывать, чтобы самостоятельно удовлетворять свои потребности в «гаджетах» и даже помогать родителям. Еще в молодежной среде снижается способность воспринимать книжные фундаментальные знания, зато есть желание решать практические задачи. 
Однако в училищах никто не мечтает учиться. Не престижно. Хотя аналогичные учебные заведения в Польше или Чехии, наоборот, успешно привлекают наших абитуриентов, которые целыми потоками направляются овладевать рабочими профессиями в страны-соседи по Восточной Европе в надежде там же и трудоустроиться.
Еще один аспект. Не знаю, как в других регионах Украины, но практически все работающие харьковские предприятия (как государственной, так и частно-акционерной формы собственности) успели модернизироваться. Для работы на современном оборудовании им требуются рабочие с высшим инженерным образованием и навыками программирования. Необходимы специалисты не со средним профессиональным, а с высшим техническим образованием. Для этого мало профессионального училища, необходимо, чтобы человек вы­учился, как минимум, в техникуме, получая не только рабочие, но и инженерные навыки и знания.

Определиться с главной миссией
По опубликованным данным, сегодня на обу­чение одного студента бакалавриата государство тратит около 30 тыс. грн в год, из которых почти 60% — это зарплата преподавателей, 30–33% — стипендии, менее 10% — затраты на коммунальные услуги. А вот денег на капитальные расходы, из которых должны финансироваться образовательная и исследовательская инфраструктура, не предусмотрено.
Университеты почти не привлекают внешних ресурсов на науку, сосредоточившись на привлечении максимального количества студентов, зачастую игнорируя требования к уровню их подготовки и мотивацию к обучению.
Министерство образования и науки Украины совместно с Минфином планируют учредить отдельный фонд развития высшего образования.
 — Это позволит направлять средства на лаборатории и в образовательное пространство лучшим заведениям или учреждениям по приоритетным направлениям, — пояснила Анна Новосад.
По словам заместителя министра Егора Стадного, лучшие университеты будут определяться не только по количеству студентов. При распределении финансирования в МОН будут оценивать показатели образовательной, научной и международной деятельности.
Фонд будет финансировать развитие инфраструктуры; проекты содействия развитию высшего образования и науки, в том числе оказывать государственную поддержку научным журналам, имеющим международное признание; инновационным программам, проектам университетов и научных учреждений с партнерами. При этом предполагается, что расходы фонда развития должны составлять 10% от общих расходов на высшее образование. Все расходы предлагается распределять через Национальный фонд исследований. 
Еще одним вызовом являются очевидные различия между университетами. Законопроект, зарегистрированный недавно в Раде экс-заместителем министра образования и науки, народным депутатом Инной Совсун, предполагает, что университеты должны будут определиться со своей главной миссией — либо они научно-учебные учреждения, либо только учебные. Если заведение высшего образования четко определяет, что его главная цель — обучение студентов, то ожидать от него высоких научных результатов нецелесообразно. Именно поэтому важно учесть эти особенности. Например, для сугубо учебных заведений высшего образования при распределении финансирования значительно больше будет значить уровень трудоустройства выпускников. Что же касается университетов, занимающихся и научной деятельностью, здесь нужно смотреть на качество научных результатов.
Весьма дискуссионное заявление, ибо если преподаватель не занимается научной работой, то может ли он хорошо учить?

Елена Зеленина.

Читайте также
Другие материалы рубрики