«К нам едет ревизор»

03-02-2016

В начале царствования Николая І Слободско-Украинская губерния пережила две серьезные ревизии. Государь отправлял в Харьков людей достойных, славившихся знанием дела и неподкупностью. Им приходилось разбираться в бумагах и принимать решения на месте.

«Как не любить по доброй воле Ивана Савича Горголи»
В 1828 году в Петербург пришел донос от жандармского подполковника Бахметева. В нем извещалось, что в нашей губернии с крестьян под видом продуктового сбора на войну с турками были собраны немалые средства. Их якобы поделили между собой уездные руководители и губернатор Михаил Кириллович Грибовский. Столь серьезные обвинения не остались незамеченными в столице, и государь прислал в Харьков проверяющего — сенатора Ивана Саввича Горголи (1773—1862).
Ревизор был знаменит своей храбростью на поле боя и умелым руководством столичной полицией. Известно, что Иван Саввич был одним из участников заговора против императора Павла. В его задачу входило задержание царского любимчика Кутайсова у актрисы Генриетты Шевалье. И хотя та, по словам мемуариста Саблукова, «приложила все старания, чтобы показаться особенно обворожительной», стойкий плац-майор «не отдал дань ее прелестям».
Причем сражался Горголи не только с французами, но и на их стороне. За битву при Ваграме он удостоился от Наполеона ордена Почетного Легиона. Когда же стало понятно, что новая война неминуема, этот потомок греческих поселенцев вернулся в Петербург и был назначен обер-полицмейстером имперской столицы. Это Горголи ввел в обиход тугие галстуки на свиной щетине, прозванные в его честь «горголиями», которые носила тогда не только вся лейб-гвардия, но и люди штатские.
Все знавшие генерала говорили о нем как градоначальнике мягком и чутком, свидетельством чему стало обращенное к нему пушкинское стихотворение, заканчивающееся двустишием:
«Как не любить по доброй воле
Ивана Савича Горголи».

Говорят, что когда сей опус попался на глаза обер-полицмейстеру, тот, улыбнувшись, добавил: «А то он вам задаст же соли». Иван Саввич остался в истории не только благодаря Пушкину, но и стал персонажем романа А. Дюма «Учитель фехтования». Там говорится о Горголи как об «одном из лучших, благороднейших людей, каких когда-либо знал», Дюма дал ему такую характеристику: «Грек по происхождению, красавец собою, высокого роста, ловкий, прекрасно сложенный, он… являл собой тип настоящего русского барина». Кстати, в фехтовании ему равных не было.
При Николае I Горголи стал сенатором и дослужился до высшего чина в российской табели о рангах — действительного тайного советника. Этот ревизор и прибыл в Харьков. Первым делом на время расследования он отстранил губернатора от дел и фактически разделил власть с вице-губернатором Степаном Паскевичем, братом прославленного полководца. Как сообщает мемуарист Ф. О., «на Торговой площади дом Ломакина, где городской купеческий банк, и где останавливались Высочайшия особы, а в 1828 году приехавший на ревизию сенатор Горголи несколько месяцев в нем квартировал». Сенатор оказался человеком неленивым: проехал множество волостей и беседовал на месте с представителями всех сословий. Он создал три военно-судные комиссии, обнаружил многие нарушения со сбором недоимок, но личный интерес губернатора не подтвердил, и Грибовский смог продолжить свою службу.

Выводы сенатора Мечникова
Если Горголи вскрывал нарушения во вполне благополучной губернии, то сенатору Евграфу Ильичу Мечникову (1770—1836) четыре года спустя пришлось разбираться с куда более тяжелыми делами. Причиной ревизии стала жалоба харьковского губернского прокурора Жадовского на харьковского губернатора Михаила Ивановича Каховского. В доносе обращалось внимание на большое количество недоимок. Как пишет краевед Андрей Парамонов, «еще накануне своего приезда в течение мая-июня 1832 года, Мечников посылает целый реестр предписаний с требованием предоставить ему необходимые сведения о числе недоимок по губернии среди дворян и казенных селений, имениях дворян, отданных в опеку. В этот же период сенатор обращает внимание и на практическую сторону вопроса о взыскании недоимок. В весеннее время помещики сбывают свою продукцию покупателям, особенно шерсть, и имеют достаточное число денег, Мечников предложил взимать эти деньги как один из способов погашения недоимок, в том числе и с его, Мечникова, имения, если там таковые имеются. А по поводу казенных крестьян он предложил использовать их на общественных работах, а плату за эти работы отправлять за недоимки. При этом на семьи с одним мужчиной это указание не распространялось».
Но главной причиной создавшегося положения всё же была катастрофическая эпидемия холеры, и Евграф Ильич знал о ней не понаслышке. Ведь он был местным уроженцем и помещиком. «Е. И. Мечников, — пишет А. Парамонов, — был не только высокообразованным человеком, но и замечательным практиком, достаточно вспомнить, что он поднял на новый уровень производства Луганский литейный завод, а его собственное имение в Купянском уезде приносило очень хороший доход. Кроме этого Е. И. Мечников был честным и порядочным чиновником на всех ступенях своей карьеры».
И Мечникову удалось, как теперь бы сказали, «разрулить эту ситуацию». Объехав уезды и лично разобравшись с большинством указанных в жалобе недочетов, он предписал, как нужно действовать в каждом случае.
Е. И. Мечников никогда не сомневался в усердной службе Каховского государю, однако нерешительные действия и затягивание передачи имений в опеку и взыскания недоимок свидетельствовали не в пользу губернатора. Обстоятельный рапорт сенатор подал императору, что и стало причиной снятия Каховского с должности.
Мечниковы с петровских времен жили в наших краях и дали много достойных представителей рода, самым знаменитым из которых стал правнук Евграфа Ильича, лауреат Нобелевской премии Илья Ильич Мечников.

Дмитрий Губин.

 

Читайте также
Другие материалы рубрики