«Колыбельный напев дождя, словно мать, убаюкал тебя…»

28-11-2019

Слова, вынесенные в заголовок, — это строчка из песни, которая посвящена всем тем, кто остался без родительской заботы. 

 

Но беда не приходит одна. К сожалению, среди детей-сирот есть и такие, которые ко всему прочему еще и ВИЧ-инфицированные. Есть ли надежда для них обрести свою семью?

А усыновители кто?
Как писала наша газета ранее, на Харьковщине, в поселке городского типа Высокий, более двадцати лет работает Областной специализированный дом ребенка «Зеленый гай». Основной профиль этого учреждения — неврологический. Но пятнадцать лет назад здесь открылись две группы для детей с ВИЧ-инфекцией или тех, которые родились от ВИЧ-позитивных матерей. Одна группа — для совсем маленьких, вторая — для дошкольников. Мальчики и девочки могут находиться в этом учреждении до шести-семи лет. К этому времени таких деток должны либо забрать в семью (усыновить, взять под опеку, устроить в детский дом семейного типа), либо перевести в школу-интернат или в школу. Последнее, по словам директора областного специализированного дома ребенка «Зеленый гай» Игоря Титаренко, бывает редко — лишь в 5% случаев. 
— За время существования этих групп через них прошел 171 ребенок, — рассказывает Игорь Александрович. — До 2009 года таких детей усыновляли только иностранцы, а граждане нашей страны боялись. Однако в течение последних десяти лет таких деток усыновляют и украинцы. Если за пятнадцать лет иностранные граждане усыновили более 20 детей из «Зеленого гая», то украинцы только за десять лет — 42. Я думаю, это очень хороший показатель. На сегодня в этих двух группах у нас 13 детей. 
Почему украинские усыновители перестали бояться усыновлять ВИЧ-инфицированных детей? Может быть, в этом и нет прямой связи, но опосредованная точно есть: в сентябре 2008 года в Харькове на площади Свободы состоялся концерт британской рок-группы «Queen», посвященный борьбе со СПИДом, под девизом «Life must go on!» И уже через пару месяцев состоялось первое усыновление такого ребенка именно украинцами. По мнению Игоря Титаренко, причина еще и в том, что до 2009-го в СМИ была жесткая социальная реклама с посылом, что СПИД — это чума: «Люди, будьте осторожны!» Но потом тон изменился, начали говорить, что ВИЧ-инфицированные — это такие же люди, как и все. Плюс подросло поколение, которое стало терпимее относиться к ним. 
— Когда мы открывали группы для ВИЧ-инфицированных детей, — вспоминает директор Дома ребенка,— здесь устраивали митинги против этого. Мне приходилось встречаться с местной общественностью, объяснять, убеждать, что в этом нет опасности. И если сначала в этих группах наши сотрудники боялись работать, то теперь даже образовалась очередь из желающих. 

Дети как дети

Как утверждает Игорь Александрович, такие дети ничем не отличаются от здоровых. Единственная разница — они очень ранимые, уязвимые. Вот почему для них и выделили отдельный корпус. В период эпидемий (например, корь, грипп) их важно изолировать от остальных ребят. А так они вместе с другими обитателями «Зеленого гая» ездят в театры, парки и другие места культуры и отдыха, участвуют в совместных утренниках. 
Людмила Журавель, воспитатель в одной из групп для ВИЧ-инфицированных детей, также считает, что эти ребята не отличаются от других.
— Занимаемся с ними, как в детском саду, — говорит она. — Рисуем, лепим, клеим. Обычно они это делают с удовольствием. Очень активные, порой чересчур. Я и мои коллеги стараемся их чаще обнять, приласкать. Потому что, кроме нас, некому... 
По словам Игоря Титаренко, усыновляют и мальчиков, и девочек в любом возрасте. Но если у ребенка, кроме ВИЧ, есть еще какая-то сильная врожденная патология, тогда такого малыша пристроить в семью очень сложно. 
— Ребенок получает статус (ВИЧ-инфицирован он или нет) в 18 месяцев, — объясняет директор Дома ребенка. — Но многие будущие родители не ждут этого заключения и усыновляют в более раннем возрасте. Сейчас очень большие очереди на усыновление. Детей, которых можно усыновить, немного. А такую проблему, как бесплодие, увы, никто не отменял. Поэтому как только появляется ребенок, которого можно усыновить, его берут в семью. 
Усыновление — очень сложная и длительная процедура. Это и сбор документов, и судебные заседания, и многочисленные походы по различным службам. 
— Мы уже, наверное, лет десять практически не имеем отношения к процессу усыновления, — продолжает руководитель «Зеленого гая». — Мы только собираем, готовим документы на этого ребенка и передаем их в суд. Наше дело — это воспитывать, обучать, лечить ребенка и делать все возможное, чтобы он обрел семью. Дети обычно охотно идут в новый дом. Для них это праздник. Если появляется потенциальный усыновитель, они моментально привязываются к нему и не могут дождаться, когда поедут домой. 


Надежда есть!

То, что надежда для таких детей есть, подтверждают реальные истории из жизни бывших зеленогаевских воспитанников. 
— Лет семь назад у нас было шесть девчонок: четыре дошкольницы и две чуть младше, — вспоминает Игорь Титаренко. — Все ВИЧ-инфицированные. Они были едва ли не с рождения вместе в одной группе. Четверых из них усыновила одна американская семья, а двоих — другая, тоже из США. Причем эти семьи жили на одной улице. Таким образом, дети могли продолжать общаться друг с другом. Насколько мне известно, они дружат и сегодня.
Сотрудники «Зеленого гая» до сих пор помнят Марата, хотя ему сейчас уже около двадцати лет. Это первый и единственный воспитанник «Зеленого гая», который был не ВИЧ-инфицирован, а болен СПИДом. Когда он попал в Дом ребенка, ему было примерно четыре года. Медики прогнозировали, что он не проживет и полутора лет… Благодаря помощи православных священников, в девятилетнем возрасте Марата удалось устроить в столичный интернат (харьковские школы-интернаты боялись брать такого ребенка). А оттуда его усыновила семья из Соединенных Штатов. По сведениям Игоря Александровича, Марат стал успешным человеком. 
Обретают счастье и те детки, которых берут украинские усыновители. 
— У нас был мальчонка, которого мы называли Виктором Федоровичем, — продолжает директор «Зеленого гая». — Он такой маленький, щупленький, худенький и очень резвый. Приехала семья из Харьковской области. Они его увидели — и все. Поняли, что это «их» ребенок. Мы долго поддерживали контакт с этой семьей, узнавали, как у них дела. Как-то отец семейства рассказал забавный случай, который произошел с мальчиком в шестилетнем возрасте: «Я до сих пор не могу понять, как так вышло. Вот только что Витя стоял рядом со мной, а через три минуты он уже на чердаке. Но ведь лестницы нет. Как же он забрался на чердак?!»
Игорь Александрович полагает, что родители таких усыновленных детей, скорее всего, держат их статус в секрете. Во-первых, по закону статус ВИЧ-инфицированного раскрывать нельзя. А во-вторых, несмотря на определенные сдвиги в общественном сознании, многие люди еще полностью не созрели, чтобы принимать таких детей. В школе даже учительница может не знать, что в ее классе учится такой особый ребенок. Впрочем, как и родители учащихся в отдельно взятом классе. Ведь всегда найдется мама, которая будет протестовать против того, чтобы ее ребенок учился вместе с ВИЧ-инфицированным…

Галина Кушнир.

 Цифры и факты
По данным Харьковского городского центра здоровья, на 1 октября 2019 г. на Харьковщине зарегистрировано 483 ВИЧ-инфицированных гражданина Украины и 1 иностранец. Из них — 54 ребенка (в 2018 г. — 68 детей). Основной путь заражения ВИЧ за этот период — половой (53,6% случаев), через введение наркотических веществ инфицировались 34,6% (в 2018 г. — 23,3%). 
Диагноз СПИД в этом году установили 200 больным (в 2018-м — 217). За текущих период умерли 97 больных СПИДом (65 из них — именно от СПИДа).
Всего на 1 октября с. г. на диспансерном учете в Харьковской области находится 4798 граждан Украины и 18 иностранцев. Наиболее неблагополучные районы по распространенности ВИЧ — Лозовский (314 человек), Балаклейский (301), Харьковский (241), Первомайский (146).

 

Читайте также
Другие материалы рубрики