Питьевая вода снова не пищевой продукт

12-07-2017

Что нам дадут очередные изменения Закона «О питьевой воде и питьевом водоснабжении»?

У нас традиционно принято упрекать водопроводы в том, что жидкость, которую они поставляют, официально именуется питьевой водой, но на самом деле долговременно ее употреблять нельзя (во всяком случае, без до­очистки). Поэтому одни граждане требуют обязать водопроводы доводить качество воды до действительно питьевого. Хотя это, скорее всего, разорило бы и водоканалы, и самих потребителей, потому что такая вода была бы существенно дороже. Другие считают, что проще и честнее просто поменять название водопроводной воды, изъяв из официальных документов эпитет «питьевая». Но тогда государству нужно будет обеспечить жителей доступной водой для питья какими-то иными способами. Словом, пока оба эти пути нам одинаково малодоступны, остается рассчитывать хотя бы на то, что водопроводная вода, если уж и не обладает целебными свойствами, то, по крайней мере, безопасна для купания, мытья посуды да и просто спасения от жажды, когда под рукой нет никакой альтернативы. 
Законодатели, в свою очередь, периодически пытаются совершенствовать Закон «О питьевой воде и питьевом водоснабжении». За 15 лет существования этого документа «порции» различных изменений вносились в него больше десятка раз. В последний (или, вероятно, очередной) раз это произошло в мае этого года, после чего закон несколько изменил свое название, пополнив его словом «водоотведение». Таким образом, он теперь называется «Про питну воду, питне водопостачання та водовідведення» и с учетом последних изменений считается действующим с 21 июня.
«Время» попросило экспертов охарактеризовать обновленный закон: что существенно он меняет для водоканалов и потребителей и нуждается ли еще в каких-то изменениях? 
— Значительная часть последних изменений в данном законе касалась водоотведения, — говорит директор научно-исследовательского центра водоснабжения и качества воды Инженерной академии Украины Владимир Кобылянский. — Делалось все впопыхах, потому что Украина не успевала под требования ЕС создать закон «О сточной воде и водоотведении», который планировали принять и ввести в действие еще в 2015 году, но война внесла свои коррективы. Поэтому решили сделать странный гибрид — закон «Про питну воду, питне водопостачання та водовідведення». Но об этом нужно вести отдельный разговор. Что же касается питьевого водоснабжения, то в законе было сделано два ключевых изменения.
Первое: питьевую воду снова не считают пищевым продуктом. В ст. 1 в определении понятия «Вода питна» так и указано: «Питна вода не вважається харчовим продуктом». Это относится не только к водопроводной воде, но к любой питьевой воде, в том числе и к разливной, и к бутилированной. К качеству это не имеет никакого отношения — просто убрали правовую коллизию, бездумно созданную «папередниками», когда питьевая вода как пищевой продукт должна была регулироваться «пищевым» законодательством. Второе изменение в данном законе: в ст. 1 внесли новое определение «пункт відповідності якості питної води», то есть точка, в которой будет проверяться качество воды. Для водопроводной питьевой воды — это краны систем водоснабжения. Таким образом, водоканалы потеряли отговорку, что водопроводная вода прекрасная на выходе из сооружений, но старые трубы ее портят. Теперь вода должна быть должного качества в квартирах у потребителя. Но это формально, как данные требования будут соблюдаться на практике — посмотрим...
В свою очередь, координатор программы «Питьевая вода и санитария» Всеукраинской экологической общественной организации «МАМА-86» Анна Цветкова напомнила, что когда в 2014 году Верховная Рада приняла решение  считать питьевую воду пищевым продуктом, внеся соответствующее изменение (которое теперь отменено) в закон «О питьевой воде и питьевом водоснабжении», это спровоцировало значительное снижение возможностей государственного контроля качества и безопасности питьевой воды: 
— Ведь контроль пищевых продуктов был и остается в ведении Госпродпотребслужбы при Минагропроде, а СЭС были ликвидированы в рамках админреформы, и по сей день в государстве нет их адекватной замены. Последние изменения не исправили этот момент, и мы имеем серьезную «дыру» в контроле качества питьевой воды. Хотя, по логике, безопасность пищевых продуктов обеспечивается внедрением в нашей стране системы сертификации ХАССП (от англ. НАССР — анализ рисков и критические контрольные точки. — Т. Б.). Но здесь опять провал, потому что такая сертификация не распространяется на питьевую воду. Мы делали попытку включить Планы обеспечения безопасности питьевой воды и санитарии, разработанные Всемирной организацией охраны здоровья для Европы в 2011 году по принципу ХАССПов (то есть обеспечение безопасности на протяжении всей производственной цепочки, «від лану до столу»), но тоже пока безрезультатно. Последние законодательные новшества полностью эту проблему, конечно, не решают, но во всяком случае снимают ограничения для контроля качества питьевой воды в процессе ее производства и транспортировки.
Что же касается изменений, связанных с внесением в текст и название закона слов «водоотведение» и «канализация», то это, по мнению эксперта, дает возможности для расширения действия данного закона на сферу управления коммунальными сточными водами. По замыслу Минрегиона Украины, это — шаг по пути имплементации норм Директивы ЕС по очистке городских сточных вод. Законом в украинское правовое поле вводятся новые понятия, например ЕН (эквивалент населения), и другие основные нормы европейской директивы. 
Татьяна 
Буряковская.

Читайте также
Другие материалы рубрики