Владимир Горовиц: «Регина, твой муж стал знаменитым!»

14-03-2019

Во всем мире Владимира Горовица называли королем фортепианного искусства. Его дебют как пианиста состоялся в Харькове в 1921 году, но связывали со столицей Слобо­жанщины великого виртуоза прежде всего семейные узы.

 

Ученик Скрябина 
Семья Горовиц была одной из самых состоятельных и уважаемых в Киеве. Там родились и отец, и дяди, и братья, и сестра, и сам Владимир Самуилович. Первым из этого рода, кто обосновался в Харькове, был Александр Иоахимович Горовиц (1876–1927). Он, как и его знаменитый племянник, тоже был талантливым пианистом. Учился он сначала в киевском муз­училище, а затем в московской консерватории у самого А. Н. Скрябина. Педагог настолько ценил своего ученика, что, когда Горовиц получил вместо золотой серебряную медаль, Скрябин в знак протеста подал заявление об увольнении.
В 1904 году директор Харьковского музыкального училища И. Слатин пригласил А. Горовица преподавать в нем. Параллельно тот вел курс и в Институте благородных девиц, а также давал фортепианные концерты. Когда в Харькове открыли консерваторию, то Горовиц стал там вести курс специального фортепиано. Сразу по открытии вуза в Харьков с инспекторской проверкой прибыл директор Петроградской консерватории А. Н. Глазунов. Он и предложил присвоить Александру Иоахимовичу звание профессора. 
В советское время А. Горовиц продолжал преподавать в консерватории. Когда в 1925 году его племянник Владимир стал невозвращенцем, «органы» обратили на больного туберкулезом заслуженного артиста республики Горовица пристальное внимание. Вскоре он скончался. Потомки Александра Иоахимовича и по сей день живут в Харькове.

Регина, сестра «короля»
Регину Самойловну Горовиц (1899–1984) в Харькове хорошо помнят и ученики, и коллеги. И в музучилище, и в музыкальной десятилетке, и в консерватории о ней вспоминают с восторгом. За неё хлопотали известнейшие советские музыканты Я. Зак, Г. Нейгауз, Д. Ойстрах, но в праве быть доцентом ей отказали. В 1975 году Владимир Горовиц оформил запрос на поездку сестры к нему в США, однако КГБ не выпустил её из СССР.
В Харькове она поселилась, выйдя замуж за Евсея Григорьевича Либермана в 1927 году. Была концертмейстером в филармонии и местном радиокомитете.
Преподавать Регина Самойловна начала в 1937-м. Это был тяжелый период ее жизни: отец и муж репрессированы, брат — за границей. В такой ситуации Регина Самойловна приступила к работе в Харьковском музыкальном училище, а через два года — в консерватории. С глубокой благодарностью вспоминала она о руководителях этих учебных заведений, которые не испугались и взяли ее на работу.
В годы войны она преподавала в музыкальной школе г. Бишкек (тогда — Фрунзе) и в Киргизском музыкальном училище, а также плодотворно работала на радио: подготовила и выполнила более 100 программ. Ее педагогический опыт пополнялся во время работы как преподавателя камерного вокального ансамбля в Московском музыкально-театральном училище им. А. Глазунова (1944–1945 гг.). После освобождения мужа из заключения они вернулись в Харьков.
Давид Ойсграх, которому аккомпанировала Регина Горовиц, отмечал ее высокие качества «безукоризненного парт­нера, интересного художника», музыканта, который владеет «прекрасным пианизмом, ярким артистизмом, изысканным художественным вкусом».
Профессор Московской консерватории, народный артист СССР Яков Зак считал ее «музыкантом редкой артистической чувствительности и большого исполнительского темперамента».
Когда в мае 1986 года В. Горовиц приехал в Москву с концертом, из Харькова туда прибыла его родня — потомки дяди, сестры и брата. Регина встречи не дождалась...

Фото на обложке журнала «Тайм»
В сентябре 1962 года в главной партийной газете «Правда» вышла статья харьковского профессора Евсея Либермана (1898–1981) «План, прибыль и премия». То, что излагал беспартийный еврей на страницах центрального печатного органа, было сенсацией. Оказывается, СССР остро нуждается в реформе механизмов планирования и стимулирования промышленного производства, иначе неминуемы застой и отставание от капиталистических стран. Предприятия повсеместно «перевыполняют» планы, выпуская некачественную и невостребованную продукцию, которая, тем не менее, засчитывается в валовых показателях.
Е. Либерман предлагал учитывать в планах не валовые показатели, а стоимость реализованной продукции, предоставить директорам предприятий более высокую степень самостоятельности в отношениях с партнерами и в распоряжении оборотными средствами. Часть полученной прибыли рекомендовалось оставлять на счетах предприятий для расширения производства и создания премиальных фондов, которые подтолкнут рабочих к трудовым подвигам эффективнее, чем лозунги, социалистическое соревнование и спущенные из центра завышенные планы.
Это было неслыханно! Удивительным было и то, что выводы Либермана заинтересовали самого Никиту Сергеевича Хрущёва. Алексей Николаевич Косыгин, в 1964-м возглавивший советское правительство, проект «либерманизации» переработал. В 1965 году после долгих дискуссий ЦК КПСС одобрил введение в систему планирования оценки рентабельности предприятий по доходу от реализованной продукции — правда, только в качестве одного из показателей наряду с традиционными валовыми. А год спустя в порядке эксперимента была разрешена выплата премий лучшим работникам, но лишь в размере 8% от заработной платы и только на 43 предприятиях страны. Также предприятиям было позволено заключать друг с другом прямые договоры поставок, не дожидаясь разрешения центральных министерств. Сейчас реформу Косыгина часто связывают и с именем Либермана — человека, чьи публично высказанные идеи послужили знаком нового времени…
Родился Евсей Григорьевич Либерман в городке Славута Подольской губернии, учился в Киеве. В Харьков Либерман приехал в 1920 году. Здесь он и работал, и учился в институте труда, потом перевелся в Харьковский инженерно-экономический институт, ездил в Германию. Поездка за границу впоследствии обернулась для Либермана поводом для ареста. (Впрочем, как говорится, был бы человек, а статья найдется....) 
18 апреля 1938 года 
Е. Либерман был арестован по обвинению в «участии в антисоветской эсеровской организации». С точки зрения следствия подозрительными выглядели и заграничные командировки молодого ученого в Германию, и весьма сомнительные семейные связи. 
Регина Горовиц вспоминала о том времени: «Каждую ночь я ждала ареста. Да и как ему не быть? Отец в ссылке, брат — эмигрант-невозвращенец, муж арестован…»
22 месяца провел Евсей Либерман за решеткой. От беспредела уголовников его спасло то, что он пересказывал сокамерникам содержание прочитанных книг или, на блатном жаргоне, — «тискал романы». После первого из них — «Трех мушкетеров» Дюма — рассказчику отвели одно из лучших мест в камере.
21 апреля 1939 года военный трибунал Харьковского военного округа приговорил Е. Г. Либермана к 15 годам лишения свободы с содержанием в исправительно-трудовых лагерях и 5 годам поражения в правах. Однако в это время произошла смена руководства НКВД — к власти пришел Лаврентий Берия, начавший чистку кадрового состава своего ведомства и пересмотр дел. 21 декабря 1939 года, в день 60-летия Сталина, Либерман был освобожден.
После этого он работал в инженерно-экономическом институте, был в эвакуации в Киргизии, защитил докторскую диссертацию. С 1962 года и до самой смерти был профессором университета. 
12 февраля 1965 года популярный американский журнал «Тайм» опубликовал на обложке фото с подписью «советский экономист Либерман». Основная статья номера под заголовком «Коммунисты заигрывают с прибылью» была посвящена состоянию советской экономики и роли идей Либермана в ее реформировании. В тот же день в харьковской квартире профессора Либермана раздался международный телефонный звонок. Из США своей сестре звонил выдающийся музыкант, пианист Владимир Горовиц: «Регина, твой муж стал знаменитым!»
Подготовил 
Сергей Чепижный.

Читайте также
Другие материалы рубрики