Вместе с ней ушла и победная эпоха

01-11-2018

В минувший понедельник ушла из жизни Нина Федоровна Кожух, которая вместе со своим мужем Александром Емельяновичем на протяжении полувека олицетворяли победную эпоху в истории харьковского и отечественного плавания. 

Когда на летних Олимпийских играх-1964 в Токио ученица Александра Емельяновича Татьяна Девятова вместе с подругами по сборной СССР стала бронзовым призером в комбинированной командной эстафете, о знаменитой школе Кожухов говорить было рано. Сам Кожух тогда совмещал тренерскую работу в только что вступившем в строй в парке им. Горького бассейне «Динамо» с учебой в местном педагогическом институте, а носившая тогда еще фамилию Яготинцева его будущая супруга тренировалась и выступала бок о бок с младшей на три года Девятовой. Но уже через два года о динамовской школе из Харькова и ее воспитанниках в Союзе заговорили всерьез — на чемпионате Европы в нидерландском Утрехте на пьедестал почета взошли сразу две наших землячки. На серебряную ступеньку по итогам комплексной эстафеты 4х100 м — Девятова, а на бронзовую после финиша на 400-метровке в «комплексе» — Людмила Хазиева. 

В погоню за простыней 
К тому времени определилась с выбором жизненного пути и Нина Федоровна, решив посвятить его своему любимому виду спорта. 
— У нас в семье плавать умели все. Мама вообще была мастером в этом деле, не отставали от нее сестра и брат. Недалеко от бабушкиного дома — в российском селе Яковлеве, что за Белгородом, — был пруд с песчаным дном и кристально чистой и прозрачной водой. Вот там мы все и постигали науку плавания, — рассказывала она в одном из своих последних интервью, вышедшем в газете «Спорт-Экспресс в Украине». — Наша семья считалась зажиточной, у деда была большая пасека, сад и огород. После войны родители переехали в Харьков, а я осталась у бабушки. Когда мне было шесть лет, мы с соседкой часто ходили на речку стирать белье. И вот однажды у нее уплыла простыня. Соседка засуетилась, стала бегать по берегу — плавать-то она не умела. А тогда простыню купить было не так просто: люди сами ткали холсты, кроили из них одежду и постельные принадлежности. Что было делать? Я бросилась в воду и... поплыла. Так и научилась. Дети вообще не ведают страха. А то, что без специального обучения технике начала плыть — так это гены. У меня до сих пор перед глазами стоит картинка, как легко и красиво плавала мама — и кролем, и брасом…
С возрастом открывается многое из того, чего не понимал в молодые годы. Я вот тоже, беря интервью у Нины Федоровны после очередных побед ее воспитанниц, пытался добиться от нее, почему главную славу харьковскому плаванию принесли именно девушки. Хотя тот же Владимир Долгов на московской Олимпиаде-1980 отметился бронзой на стометровке в плавании на спине; достойно представляли динамовскую школу на международных чемпионатах, не говоря уже о всесоюзных и республиканских, в те годы Юрий Вереитинов и Александр Маначинский. Но в женском плавании среди чемпионок и рекордсменок харьковских имен было куда больше — к тем, что уже прозвучали, обязательно надо добавить Наталью Попову, Ирину Гапон, Елену Заславскую, Людмилу Крутакову. «Вот такой он на самом деле сильный наш слабый пол», — отшучивалась в ответ Кожух. И только услышав из ее уст уже в недавние годы признание о первом знакомстве с водными дорожками старого бассейна при городской бане, расположенной через дорогу от велозавода, открыл для себя наконец-то тайну девичьего превосходства. Отбирать для просмотра в единственном тогда на весь Харьков маленьком «банном» бассейне с тремя нестандартными 18-метровыми дорожками перспективный «контингент» из числа школьников первого послевоенного поколения тренеры приходили прямо в классы. Меня с еще несколькими одноклассниками забраковали после первых же заплывов — и мы тут же на это плюнули, отправившись на расположенный рядом с нашими дворами на улице Клочковской стадион «Спартак», где проходил набор в детскую футбольную клубную команду. А по соседству на Пушкинской в спартаковском Доме спорта для мальчишек работали секции бокса, борьбы, тяжелой атлетики…
У наших ровесниц такого выбора не было — кроме плавания, девчонок не только в конце 1950-х, но и еще долгие годы летом набирали лишь в легкоатлетические и гимнастические школы. И надо было обладать недюжинным характером, чтобы пробиться в люди в этих видах спорта. Особенно в плавании, где постоянными спутниками занимавшихся в душном маленьком бассейне с открытыми форточками детей были в лучшем случае простуда, а в худшем — отит или гайморит. Не избежала этих напастей и Нина, добиравшаяся холодными зимними утренниками к пересечению Московского проспекта и Полевой «на перекладных» трамваями, поскольку ее семья жила на улице Змиевской, как до 1961 года именовался нынешний проспект Гагарина. Из-за болезней и маминых запретов она даже оставила на время занятия плаванием, но долго без них не выдержала. А уже в 13 лет приняла первое в жизни самостоятельное решение, решив избавиться от своей роскошной косы, тянувшей ее на дно бассейна.
— В 1958 году я поехала на свои первые соревнования — первенство ЦС «Динамо» в Москве, — рассказывала Нина Федоровна. — Перед тем, как ехать в Белокаменную, я обрезала косу — она до сих пор у меня дома хранится. Подстриглась в парикмахерской, едва выйдя из бассейна. За что мне и влетело от мамы. Она вообще проигнорировала мое заявление о поездке в столицу. Лишь, нахмурившись, процедила: «Где коса? Кто тебя стриг?» Потом пошла в эту парикмахерскую, забрала косу и всыпала мне этой косой как следует. Кстати, в Москве жили мы в красивой гостинице, где более всего прочего меня поразили крахмальные белые скатерти в ресторане и вазы с икрой, которые ставили перед спортсменами. Я выиграла все свои заплывы, и после этого меня пригласили учиться в московском инфизе. Я с гордостью привезла домой медали, но тренеры, оказалось, были против моей поездки в столицу. Они и уговорили отца не отпускать меня. Продолжила тренироваться, но уже без тренера — Евгения Богатых отправили служить во Львов. Кожух взялся помочь мне, но у него уже были чемпионы, с которыми он время от времени уезжал на сборы и соревнования. И как-то перед очередной поездкой он мне сказал: «Нина, ну-ка проведи занятие». Так впервые я попробовала вкус тренерской работы. И мне это безумно понравилось. Я была очень строгой, зато целеустремленной — училась в институте, плавала сама и помогала Кожуху вести его младшие группы, когда он отлучался со старшими ребятами. Так и стала тренером. А потом мы поженились. У Александра Емельяновича были чудесные ученики, призеры Олимпийских игр. Тренируя рядом с мужем, я училась всем тренерским премудростям.

Они сошлись — волна и камень… 
Этот семейный тандем навсегда останется в истории украинского спорта благодаря своей уникальности, где камнем был умудренный жизненным опытом Кожух, а волной — обладавшая потрясающей энергетикой и харизмой его супруга. И это при том, что их дни рождения стояли практически рядышком, вот только с разницей почти в полтора десятка лет: Александр Емельянович появился на свет 14 июля 1931 года, а Нина Федоровна — 18 июля 1945-го. Мудрость и стойкость Кожуха сыграли решающую роль в разгоревшемся после московской Олимпиады конфликте с тогдашним главным тренером сборной СССР Игорем Кошкиным, который хотел «прибрать к рукам» харьковский водный центр «Спартак» — на тот момент самый современный в Союзе. Центр удалось оставить в ведении облспорткомитета, и не вина Александра Емельяновича в том, что события начала 1990-х не позволили реализовать полномасштабный проект по превращению водного Дворца спорта на Клочковской в один из лучших в Европе. Но переименованный в «Акварену», он зато открыл путь к четырем золотым олимпийским медалям Яне Клочковой — самой знаменитой ученице Нины Федоровны и ее супруга.
Впрочем, о победах «золотой рыбки» на Играх в Сиднее в 2000 году и в Афинах в 2004-м написано, в том числе и на страницах «Времени, немало. Мне же хотелось рассказать об истоках становления удивительного тренерского дарования Нины Кожух. Которая прошла путь от второго места на всесоюзном конкурсе тренеров по плаванию в далеком 1974 году (обойдя в нем своего супруга, также попавшего в число лауреатов) до мирового признания после триумфального шествия по водным дорожкам на чемпионатах Европы, мира и Олимпийских игр в 1997–2004 гг. Яны Клочковой, собравшей только с мундиалей золотой урожай из десяти медалей. В советские времена труд супругов Кожух оценили званиями заслуженных тренеров Украины и СССР, причем Александр Емельянович получил их, конечно же, раньше супруги — соответственно еще в 1963 и 1966 годах. Независимая Украина отметила вклад Нины Федоровны в признание авторитета отечественного спорта на мировой арене тремя орденами княгини Ольги. 
Последние годы они провели в Киеве — Александр Емельянович ушел из жизни в июле позапрошлого года, успев накануне отметить свое 85-летие. Нина Федоровна пережила мужа на два года с небольшим — последнее время она тяжело болела. 
Царствие небесное вам в вашем новом мире и огромное почтение от лица всех живущих на этом бренном свете и имевших счастье общения с вами…

Вадим Зубов, 

спортивный обозреватель

Читайте также
Другие материалы рубрики
Спорт 29-10-2018

Футбол: жаркая осень

Чем дальше в осень, тем сложнее нашим ведущим клубам вести сражения сразу на двух фронтах, но, как говорится, за что боролись…