ru
uk
Мнения
Подписаться на новости
Печатный вариант “Время”

Как казачья старшина стала харьковским дворянством

Актуальное сегодня24 июня 2021 | 16:05

В начале екатерининского царствования особое полковое устройство, существовавшее на Слобожанщине более ста лет, было ликвидировано. Казачья старшина была переписана в дворянское сословие. Однако процесс этот не был простым и линейным.

Как дворяне поселялись на Слобожанщине
5 (16) марта 1765 г. указом Екатерины II было предписано преобразовать слободские казачьи полки в гусарские, а шестью днями ранее гвардии премьер-майору (армейскому бригадиру) Евдокиму Алексеевичу Щербинину поручено переделать слободское полковое устройство в губернское и приступить к созданию Слободско-Украинской губернии.
К началу правления Екатерины II казацкая старшина Слобожанщины прекрасно понимала, что наверху не будут дальше мириться с её старыми порядками и привилегиями. Южная граница отодвигалась всё дальше в степь, и многие из уважаемых панов были готовы со своими полками отправиться на покорение черноморского побережья. Знали в наших краях и позицию государыни, однозначно уверенной в том, что никакие казачьи формирования внутри империи не нужны. Однако надежда, если не разубедить Екатерину II, то хотя бы попросить учесть эти опасения, оставалась.
Ведь автономия базировалась на принципах, заложенных за столетие до этого царём Алексеем Михайловичем. Среди них были не только льготы в налогообложении и особое местное самоуправление, но и запрет на продажу земли неместным помещикам и ввоз крепостных крестьян из великорусских губерний.
И то, и другое повсеместно нарушалось. С петровских времён русские, молдавские и греческие роды укоренялись здесь. И бежавшие от турецкой расправы из Молдовы в 1711 году бояре князья Кантемиры, Абаза, Спэтару (Мечниковы) и Куликовские просто добавлялись в местные расклады. Причем последние — не без скандала.
Среди благородных беженцев из Молдовы был Прокофий Васильевич Куликовский (ум. в 1727 году). В 1712 году он стал харьковским полковником и сразу начал устанавливать свои порядки, доселе в этих местах не виданные.
За более чем полвека житья-бытья на Слобожанщине все привыкли договариваться между собой и оповещать о занятии ничейного. Брать же чужое в этих краях было категорически не принято, а Куликовский отжал слободу Борки у Ивана Фёдоровича Донец-Захаржевского — сына и внука первых харьковских и изюмских полковников. Историк Евгений Альбовский писал, что вскоре после назначения полковник Куликовский стал по своему усмотрению делать назначения и пользоваться казной, к чему местная старшина была непривычна.
Местные казацкие чины во главе с обозным Василием Ковалевским пожаловались царю, и Петр повелел Прокофию Васильевичу «под жестоким штрафом» старшин без указа не переменять и работников для своих нужд насильно не брать. За отобранную слободу пришлось заплатить. Так Борки стали первым селом, которым владели Куликовские.
Старые русские дворянские роды оказывались в наших краях посредством браков со старшинскими сёстрами и дочерьми, а крестьян завозили понемногу и якобы ненадолго. Тот же Иван Донец-Захаржевский свою сестру Марфу выдал за князя Якова Никитича Кропоткина. Тот, правда, крестьян не перевёз с собой, но получил во владение село Должик. Так на Слобожанщине стала появляться помещичья собственность. На границе Слобожанщины сёла Весёлое и Нескучное при Анне Иоанновне попали в собственность цесаревне Елизавете Петровне. Когда она стала императрицей, то родственники государыни по женской линии графы Гендриковы получили земли в окрестностях Волчанска. И приглашённые Елизаветой защищать южные рубежи сербы тоже поживились. Имелись земли на Слобожанщине и у вдовы павшего под Гросс-Егерсдорфом бригадира Василия Капниста, командовавшего сводным отрядом слободских полков.

Дворяне и другие

Статус местных жителей был странным для всех, кроме духовенства, мещан и старозаимочных неслужилых людей. Шляхта командовала казаками и вместе с ними несла все тяготы воинской службы, а подпомощники работали на казаков де-факто, но де-юре не находились в крепостной зависимости.
Землевладельцы Слобожанщины прекрасно понимали, что если не оговорить заранее эту проблематику, то более богатые помещики с севера и востока начнут приобретать владения их соседей и завозить своих крестьян. Это грозило перевернуть сложившуюся систему трудовых отношений и ставило под угрозу скупку по дешёвке или изъятие за долги помещичьих владений (чтобы понять эти опасения современному читателю можно привести аналогию с массовым привлечением в РФ рабочей силы из республик Средней Азии). Такого развития событий слобожанская элита никак не хотела допустить.
С другой стороны, казацкая старшина опасалась реакции на изменения собственного статуса и статуса всего края со стороны собственных земледельцев. Последних в этих краях именовали не крестьянами, а «посполитыми», «мужиками» и просто «людьми».
Казачья старшина поначалу была недовольна урезанием самоуправления, а затем, получив дворянство и крестьян из своих недавних подчиненных, стала ревностно служить государыне и ее наместнику.
28 июля (8 августа) 1765 года Екатерина II издала манифест о Слободских полках, где, говорилось о беспорядках и о ненужности казацкой службы, которая «заменялась упорядоченной и для государства полезной регулярной армейской службой. Так появится порядок, и счастие, и достаток» вместо прежней незыблемой неразберихи, а слобожане смогут получать чины и жалованье наравне со всеми российскими подданными.
Казачьи подсоседки и подпомощники были переименованы в военных обывателей. В гусарские полки началась вербовка из военных обывателей и охотников из барских подданных и офицерских детей. На провиант и фураж выданы были деньги из казны.
Процесс подтверждения дворянства был простым не для всех. Те, кто имел грамоты от царей, молдавских господарей и польских королей, где доказывалось дворянство, подтверждал его легко. Квиткам, Ковалевским и Абаза было нечего бояться. Получили путёвку в благородное сословие и те казаки, которые имели в полках чины — на военной службе — с XIV класса, на гражданской службе — с VIII класса Табели о рангах и при награждении любым орденом Российской империи.
Однако братья старшины, ушедшие в духовенство, пролетели мимо дворянства и на Слобожанщине, и в гетманщине. Так, например, дед писателя И. П. Котляревского Иван не был ни сотником, ни полковым писарем, а состоял дьячком в Свято-Успенском соборе Полтавы. У него было два сына — священник Яков и канцелярист в полтавском городовом магистрате Петр. Яков оказался приписан к духовному сословию, имел приход в Ольховатке (ныне — Купянский район). Петр же смог отстоять дворянство для себя не только благодаря своей службе, но и в силу брака с дочерью сотенного казака из Решетиловки Параскевой Лаврентьевной Жуковской.
Не смогли доказать своё дворянство неслужившие старозаимочные землевладельцы, потерявшие документы, доказывавшие происхождение из старшины или детей боярских. Они становились однодворцами, но в отличие от подпомощников и посполитых не подлежали закрепощению. Те же, у кого в сундуках хранились грамоты от Алексея Михайловича и его сыновей с указанием не только земельного надела, а и с тем, кем был его владелец, смогли доказать своё благородное происхождение.
Первый полный список дворянства Слободской Украины был опубликован в 1767 году. К 1786 году, когда в губернии была издана первая родословная книга, все спорные вопросы были решены.

Подписаться на новости
Коментарии: 0
Коментариев не добавлено
Cледите за нами в соцсетях