ru
uk
Мнения
Подписаться на новости
Печатный вариант “Время”

"Счет идет на дни". Как проблемы завода "Электротяжмаш" угрожают энергетической системе Украины

Актуальное сегодня23 марта 2021 | 13:29

1 марта 2021 года работники завода «Электротяжмаш» перекрывали Московский проспект в Харькове. Главное требование – выплатить долги по зарплате. Такого в Харькове не было уже очень давно.

Сейчас просроченные долги «Электротяжмаша» — под 800 миллионов гривен. Чтобы выплатить задолженности по зарплате, «Электротяжмаш» одолжил у государственной «Объединенной горно-химической компании» 40 миллионов гривен. Это помогло разблокировать проспект – но глобально проблемы завода это не решает.

Что случилось с харьковским заводом и почему он летит в финансовую пропасть – говорим с директором предприятия Дмитрием Костюком.

— Дмитрий, вы руководили заводом с 2015 до 2019 года, завод работал и, насколько известно из публичных отчетов, работал с прибылью. Но потом ситуация очень резко накалилась и дошло даже до того что рабочие перекрывали дорогу. Что конкретно произошло и почему?

— Я руководил заводом с 2015-го до ноября 2019-го. Все это время финпоказатели стабильно улучшались. Объем продаж с 1,5 млрд грн в 2016-м вырос до 2,3 млрд в 2018-м, то есть в полтора раза. Третий квартал 2019 года я закончил с чистой прибылью, в 3 раза превышавшей плановую.

Переломным моментом стала передача предприятия из сферы управления Министерства экономики в Фонд госимущества. Завод имеет статус стратегического и не подлежит приватизации – но Кабмин его передал в ФГИ именно с целью продажи. Завод производит и ремонтирует, в том числе, оборудование для гидроэлектростанций, от чего зависит энергетическая независимость и безопасность Украины и продавать его нельзя. Но, видимо, в ФГИ решили его просто развалить, чтобы не церемониться со всеми этими стратегическими статусами.

После передачи, в ноябре 2019 года, глава Фонда госимущества Дмитрий Сенниченко меня уволил. Я оспорил это решение и выиграл суд. По состоянию на сегодня мое увольнение признано незаконным и я восстановлен в должности.

Но пока я ходил по судам, заводом управлял и.о. гендиректора Виктор Бусько.

Когда меня увольняли, на счетах предприятия было около 70 миллионов гривен. Не было ни долгов по зарплате, ни по социальным взносам, ни за энергоресурсы, ни просроченной задолженности перед поставщиками – я такого не мог себе представить и в страшном сне. На 2020-й год был подтвержденный портфель заказов – около 2,1 млрд грн.

— Почему руководство завода было заменено?

— Я говорил, что передача завода в управление Фонда госимущества была незаконной, как и запланированная приватизация. Поэтому меня уволили. А дальше началось то, что называется разграблением, ну или подготовкой к теневой приватизации.

Сейчас ситуация на заводе катастрофическая.

После моего увольнения объем продаж упал в 3 раза – с 1,8 млрд грн до 600 млн грн. 600 миллионов – это критически мало, это гарантированная убыточность. Сейчас просроченная задолженность перед поставщиками — более 650 млн грн. Численность исполнительных производств по принудительному взысканию долгов с «Электротяжмаша» за поставленные ему комплектующие — 236. Долг за электроэнергию – 30 миллионов, за газ – 10 миллионов, газоснабжение уже отключено, несмотря на критически низкие температуры в производственных помещениях – у людей даже нет нормальных условий труда. Долг перед бюджетами – 4 миллиона. Плюс теперь есть долг перед ОГХК в 40 миллионов гривен, которые потратили за выплату зарплаты за декабрь и январь. Зарплату за февраль 2021 года выплачивают за счет денег, взятых в долг у «Николаевоблэнерго». Поставщики отказываются работать, дефицит комплектующих нарастает, в долг «Электротяжмашу» уже никто ничего не отгружает. Люди уходят: однажды за день уволилось 200 человек.

Я уходил в ноябре 2019 года – завод работал с прибылью, оставил портфель заказов, который обеспечивал всех работой и зарплатой.

Через год — в ноябре 2020 года – чистых убытков было 450 миллионов гривен.

Нет никаких объективных причин, какого-то кризиса, обвала валюты, еще чего-то, чем бы можно было бы все это оправдать. Ковид и пандемия, на которые постоянно пеняют руководители ФГИУ, не имеют отношения к машиностроению. Завод — это не отель и не ресторан, который зависит от туристов. Машиностроение как работало, так и должно работать, оборудование для ГЭС как нужно было год назад – так нужно и сейчас.

Почему все это произошло?

Новый менеджмент, во-первых, не смог выполнить уже подписанный мною портфель заказов на 2,1 млрд.

Во-вторых, за 2020 год было подписано новых контрактов всего на 35 млн грн — примерно на 1 неделю работы. Но это не просто маленькие контракты – это еще и убыточные контракты. Завод под покровительством ФГИУ сознательно, по ценам ниже производственной себестоимости продавал продукцию «лондонской компании», которая рассчитывалась в российских рублях и отправляла продукцию на Брянский машиностроительный завод в Россию. Но даже если забыть о политике и говорить только о деньгах, то было совершено экономическое преступление против государства, против завода. Никакая частная компания никогда не подписывала бы убыточные контракты. А сейчас выяснилось, что топ-менеджеры еще и согласовали эти невыгодные контракты с руководством ФГИ.

По этим контрактам сейчас 2 уголовных дела против Виктора Бусько и финдиректора Геннадия Демидова. Виктор Бусько является обвиняемым в хищении госсобственности и нанесении убытков заводу. Одно дело уже слушается в суде.

В-третьих, сорваны сроки поставок по контракту с «Укргидроэнерго». Но, несмотря на все это, Сенниченко не то, что не увольняет Бусько, а публично ему покровительствует.

Именно в результате такого «управления» за год завод был развален и рабочие были вынуждены перекрывать Московский проспект, чтобы получить свою зарплату.

— Вы говорите, что портфель заказов был 2,1 млрд. Что это были за контракты и почему они не выполнены?

— Это были масштабные контракты на поставку электротягового оборудования – двигателей. Почему они не были выполнены? Потому что деньги были бездумно, в какой-то агонии потрачены на погашение возникших задолженностей. Назначенный фондом менеджмент попросту «вымыл» все деньги из предприятия – производить продукцию и выполнять заказы стало просто не за что.

— У завода есть огромный долларовый кредит в Сбербанке, который не обслуживали и который теперь создал проблемы. Ваша работа?

— Нет.

Кредит в Сбербанке был взят в долларах в 2013 году. В 2014-2015 обвалился курс, началась война. Но мы выплату тела кредита и процентов по нему реструктуризировали и свои обязательства выполняли – до 2020 года банки ни разу не применяли каких-то мер, вроде принудительного списания, счета не были арестованы, судов не было. Также мы ожидали от Минфина согласования по условиям реструктуризации. Постоянно были в диалоге.

По состоянию на ноябрь 2019 года долг по кредиту был 484,1 млн грн. В 2020 году он вырос на 10% до 535 млн грн.

«ЗАВОД НЕ ВЫПОЛНИЛ СВОИХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ ПЕРЕД «УКРГИДРОЭНЕРГО»

— Что случилось с контрактом с ЕБРР по реконструкции ГЭС, почему он сорван?

— Речь идет о контракте по реконструкции гидроагрегатов «Укргидроэнерго» — на Каневской, Среднеднепровской, Кременчугской ГЭС, Днепровской ГЭС-2 и Киевской ГАЭ. Проект начался еще в 2016 году. Программу «Реконструкция гидроэлектростанций Украины» финансирует Европейский банк реконструкции и развития и Европейский инвестиционный банк, «Электротяжмаш» работает по проекту совместно с «Турбоатомом». Общая стоимость контрактов — 5,5 млрд грн, доля «Электротяжмаша» — 1,8 млрд грн. «Укргидроэнерго» долгов перед исполнителями контракта не имеет.

Чтобы «Электротяжмаш» работал хотя бы в ноль, ежемесячный объем произведенной продукции должен быть минимум 120-150 млн грн, а в 2020 году средний показатель был в 2 раза ниже – 64 млн грн. При таком объеме завод будет генерировать только убытки и проблемы. Это аксиома, которую отказывается публично признать Фонд.

Сам контракт с «Укргидроэнерго» небольшой, всего 350 миллионов в год для Электротяжмаша. И он один не может обеспечить заводу нормальной загрузки и нормальной зарплаты людям. Из-за низкой загрузки в прошлом году завод работал с перебоями, многие сотрудники были в отпусках за свой счет и в простоях. Фактически «Электротяжмаш» на каком-то этапе не выполнил своих обязательств перед «Укргидроэнерго» и его кредиторами – ЕБРР и ЕИБ, сорвал сроки поставок. По состоянию на сегодня – обязательства просрочены минимум на 11 месяцев. Это очень рискованно, так как могут быть серьезные финансовые санкции, заводу грозит штраф в 200 млн грн. Ну и вопрос надежности ЭТМ как подрядчика и партнера уже стоит очень остро. На сегодня я не вижу дальнейшей перспективы участия завода в тендерах под эгидой Европейского банка реконструкции и развития, мы стали проблемным поставщиком оборудования.

Но самое важное вот в чем: оборудование национальных гидроэлектростанций не реконструируется вовремя.

Срыв программы – прямая угроза нацбезопасности в сфере энергетики.

«Электротяжмаш» ее сорвал.

То, что делает Сенниченко и его команда, — это не просто растрата имущества, это доведение до банкротства стратегического предприятия и диверсия – именно в контексте срыва программы реконструкции оборудования для ГЭС.

На глазах у всех Фонд госимущества искусственно доводит до банкротства стратегическое госпредприятие, которое обеспечивает энергетическую независимость страны.

Важно понимать, что на заводе есть оборудование, которое должно работать непрерывно, это сложные технологические циклы. Если сейчас все остановить – потом перезапустить будет невозможно, ну или крайне сложно. Уходят люди, работать через пару месяцев будет просто некому.

На 2021 год примерный объем работы «Электротяжмаша» – от 600 до 900 миллионов гривен. Это значит, что в этом году завод снова будет убыточным, и людям снова придется перекрывать проспекты, требуя свои законные деньги. И объем долгов будет только расти.

А значит шансов на то, что завод догонит программу по реконструкции ГЭС – нет вообще. Чем больше проблем у «Электротяжмаша» – тем сложнее будет ситуация на «Турбоатоме» (контрольный пакет акций — у государства). Дальше по цепочке будут страдать гидроэлектростанции и энергетика государства в целом. Затем начнутся претензии ЕБРР и ЕИБ к Кабмину. Если глава Фонда госимущества Сенниченко этого не понимает – то это должен понимать хоть кто-то в Минэнерго или Минэкономики, в Кабмине.

Я прекрасно понимаю, что сейчас со всех сторон полетят громогласные заявления и красочные презентации о том, что фонд начал и успешно осуществляет «финансовое оздоровление» Электротяжмаща, о несметных количествах миллионных заказов и каких-то загадочных инвесторах в украинское машиностроение. А главное, что во всех бедах предприятия виноваты «попередники»..

Но всему есть предел. И транслировать ложную информацию на высоком государственном уровне, чем и занято основное свое рабочее время руководство Фонда – это как минимум вопреки интересам государства.

Еще раз: предприятие «Электротяжмаш» работало и приносило прибыль! Ровно до передачи в Фонд. И моим словам есть подтверждение в виде выигранных миллиардных контрактов – подписанных, а не просто обещанных, уплаченных налогов, отсутствия забастовок, судебных споров и арестов счетов – это открытые реестры. А чего стоят слова Фонда? Сейчас они стоят полмиллиарда убытков и 800 семей, потерявших кормильца.

Счет идет буквально на дни, а не на месяцы.

Игорь Гринченко

Источник:.censor.net
Подписаться на новости
Коментарии: 0
Коментариев не добавлено
Cледите за нами в соцсетях