ru
uk
Мнения
Подписаться на новости
Печатный вариант “Время”

Справедливое наказание

Актуальное сегодня05 октября 2020 | 14:59

В начале октября 1995 года в дежурную часть РОВД г. Харькова позвонила некая Лидия Богданова. Истерично рыдающая женщина сообщила, что только что было совершено разбойное нападение на её дочь Елену.

«Тухлое» дело

Прибывшая на место происшествия оперативная группа застала рыдающую молодую женщину с разорванными мочками ушей. По словам пострадавшей, неизвестный мужчина напал на неё сзади, когда она вышла из лифта и направилась к двери квартиры, которую она снимала вместе со своим гражданским мужем. Серьги из её ушей он вырвал, что называется, «c мясом», не побрезговав и золотой цепочкой с медальоном в виде знака Зодиака, соответствовавшего дню рождения потерпевшей. Опросив потерпевшую, милиционеры спокойно удалились восвояси. Через день Елена Богданова была вызвана в местный райотдел для дачи показаний. После двух часов мытарств, когда право­охранители настойчиво пытались убедить потерпевшую, что она была, скорее всего, пьяна, а серьги и цепочку с неё сорвали совсем в другом месте, а вспомнила она об этом, только добравшись до дома, Елена Богданова, вся в слезах, покинула кабинет следователя. На прощание милиционеры сообщили ей, что, скорее всего, её дело «тухлое», а, стало быть, ей следует забыть о потерянных украшениях и заняться восстановлением здоровья. Иными словами, Лене Богдановой намекнули, что никто не будет искать грабителя, напавшего на неё. Молодая женщина была в отчаянии. И дело было даже не в цацках, сорванных с неё грабителем. Невероятное унижение, стыд, пережитый ею, страх, испытанный первый раз в жизни, а еще и боль в разорванных мочках ушей давали надежду на то, что преступник будет найден.
А дело было в том, что грабителя никто и не собирался искать. Он и так был известен правоохранителям. Евгений Голованов, мелкий вор и наркоман, он давно был на прикорме у милиционеров. Женя, оперативный псевдоним Балет, служил «барабаном» у местных оперативников. При этом он благополучно сотрудничал и с оперативниками уголовного розыска, и с офицерами бюро по борьбе с распространением наркотиков. Иными словами, сотрудничая с правоохранителями, он имел своего рода индульгенцию на все правонарушения, совершаемые им самим. Но ни он, ни милиционеры, покрывающие его, не знали, что мать потерпевшей Елены Богдановой пришла на работу, принеся вердикт милиционеров о том, что розысками преступника заниматься никто не будет. Лидия Алексеевна Богданова работала кладовщицей в одном из подразделений, обеспечивавшем жизнедеятельность городских коммунальных служб. Там работали серьезные мужики, готовые в любое время суток подорваться по сигналу тревоги обеспечивать спокойную жизнь города. Среди них были и те, которым были знакомы основы ОРД, оперативно-розыскной деятельности, а также те, которым уже пришлось хлебнуть тюремной баланды. Но ни одни, ни другие не потеряли понятий мужской чести и достоинства. Между собой они решили, что, коль правоохранители не собираются искать преступника, то они сами найдут его и вынесут ему, на их взгляд, справедливый приговор. Речь шла о дочери их сотрудницы, их друга.

Справедливое наказание
Судьба преступника, напавшего на Лену Богданову, была предрешена. Буквально через несколько дней работники АВС (аварийно-восстановительной службы) уже знали имя преступника. Пусть останется секретом, как им это удалось. Но уже через пару дней и милиционеры знали, что их подопечный уже найден народными мстителями. Там тоже работали не дилетанты. К Балету пришел оперативник, курировавший его. Он предупредил своего подопечного, что жить ему осталось несколько дней. Для сохранения своей жизни Балету всего-навсего нужно было явиться в райотдел с повинной. В этом случае милиционеры могли гарантировать безопасность своему стукачу, закрыв его в ИВС (изоляторе временного содержания). Однако Балет заколебался. Он отлично понимал, что если в криминальных кругах вскроется его сотрудничество с милиционерами, то его жизнь не будет стоить ни единой копейки. Откровенно говоря, сотрудник, пришедший к Балету, ничуть, ни капельки не дорожил жизнью своего агента. Он отлично понимал, какая это мразь. Это с одной стороны. Но, с другой стороны, Балет был неплохим осведомителем. Потеря такого агента в криминальных кругах могла негативно сказаться на общих показателях работы отдела. Поэтому он сообщил Балету, что в случае, если тот сам не явится в отдел с повинной, то тогда он вполне может ожидать появления «народных мстителей» в любой момент. Балет не поверил. Но испугался. Он переехал на жительство к одному из своих постоянных клиентов — тех, кому он периодически поставлял наркоту. Естественно, платой за проживание была «доза» — шприц с наркотиком. Но её необходимо было постоянно возобновлять. На этом и погорел бедный Балет.
Однажды выйдя на точку, где гарантированно можно было «зарядиться», он увидел знакомого оперативника из наркоконтроля. Тот, увидев штатного стукача, стал подавать ему отчаянные знаки: уйди, мол! Балет эти знаки воспринял по-своему: отойдя в сторону, он совершенно не обратил внимания на группу молодых, крепко сложенных мужчин в оранжевых жилетах и такого же цвета монтажных касках. А зря. Это и были те, кто поклялся найти обидчика Лены Богдановой. По большому счету, они его нашли, не зная, что уже сами находятся «под колпаком» у местных оперативников. Без толку протоптавшись битый час на «точке», Балет, мучимый абстинентным синдромом, попросту — «ломкой», отправился домой, то есть, туда, где его прятал такой же, как он, наркоман. Едва он переступил порог, тишину разорвал телефонный звонок. Звонивший был настойчив — прошло добрых пять минут, прежде чем Балет решился снять трубку. Знакомый голос в категорической форме порекомендовал ему ни в коем случае никому не открывать дверь. Если ему, Балету, конечно, дорога жизнь. И вот тут Балет струхнул. Скорее, сильно испугался. Он не знал, что в эти минуты оперативники РОВД разговаривают с мужчинами в оранжевых жилетах. Бригаду из пяти человек взяли в плотное кольцо. «Мужики, — сказали милиционеры, — нам все известно. Мы знаем, вы искали и нашли этого подонка. Но оставьте его нам. Мы разберемся сами. А вам, если вы доведете задуманное до конца, светят большие сроки. Оставьте право на правосудие государству».
Так было сказано и это было услышано. Мужики в оранжевых жилетах погрузились в машину и уехали. Правда, пообещав, что если милиция сама не спросит с преступника, то за ними остается право на правосудие. Но Балет ничего этого не знал. Его «ломало». Ему необходимо было «догнаться». Он снова рискнул выйти на улицу. Дойдя до станции метро «Студенческая», он встретил знакомую по кличке Рыба. Эта несчастная, опустившаяся женщина, в молодости подававшая надежды спортсменки, испытывала чувство солидарности к таким же, как она — потерявшим надежды в жизни. Она-то, ухватив Балета за рукав, и сообщила ему, что он разыскивается какими-то крутыми мужиками, что ему, Балету, лучше всего спрятаться, и, вообще, всё очень серьезно. Балету было на все начхать. Ему нужно было уколоться. Поэтому он, отмахнувшись от Рыбы, пошел туда, где ему гарантированно могли помочь. Деньги у него были. Когда же он, вернувшись домой, предложил «дозу» хозяину квартиры, где он скрывался, ему показалось, что все беды уже позади. Около восьми часов вечера в дверь кто-то позвонил…
Руководством Уголовного розыска РОВД было принято решение задержать подозреваемого в совершении нападении на Елену Богданову гражданина Голованова. С этой целью по адресу, где скрывался Голованов, направились двое сотрудников УР. Это они и звонили в дверь квартиры, где прятался Балет. Голованов же, Балет, видимо, решил, что за ним пришли «мужики в оранжевых жилетах». Страх был сильнее здравого рассудка. Балет решил ретироваться через балкон соседней квартиры. Однако, скорее всего, навыков стенолазания у него не было. Голованов сорвался с балкона шестого этажа. По-видимому, он, падая, еще пытался зацепиться пальцами за любые выступающие части балконных конструкций — его ногти были сорваны до основания. После падения он был еще жив в течение пяти часов. Все это время врачи четвертой неотложки пытались сохранить ему жизнь. В последний момент жизни он все-таки пришел в сознание. Последними его словами были: «Cпрячьте меня, меня хотят убить…» Он так и не понял, что убивал себя сам.
Впоследствии гибель подозреваемого была признана несчастным случаем. Никто не понес ответственности, разумеется. Дело об ограблении Елены Богдановой было закрыто по причине гибели подозреваемого. Никто не принес извинений молодой женщине. А за что? Это же не мы напали на неё! А Балет… Да что, он последний, что ли? Нельзя же, в конце концов, приставить к каждому балету надзирателя?

Подписаться на новости
Коментарии: 0
Коментариев не добавлено

Актуальное сегодня

Cледите за нами в соцсетях