ru
uk
Мнения
Подписаться на новости
Печатный вариант “Время”

Убийство священнослужителя

Актуальное сегодня14 июня 2021 | 15:32

На Харьковщине, в небольшом поселке, был жестоко убит молодой священнослужитель. Весь поселок находился в оцепенении: кому мог помешать этот светлый, добрый человек?

Церковь Покрова Божьей матери
14 октября 1993 года жительница поселка Ч., идя утром на ферму, где она работала дояркой, обнаружила труп мужчины. Ну, по крайней мере, так было записано в милицейском протоколе. На самом деле труп был обнаружен целой группой граждан. Вернее, гражданок. Утром 15 октября пятеро доярок фермерского хозяйства шли на работу. В кустах у ручья они действительно увидели безжизненное тело, облаченное в церковную рясу. Одна из женщин вспомнила, что это же тело она видела накануне, поздним вечером. Но тогда ей было не до незнакомца — она разыскивала своего мужа, загулявшего допоздна на празднике по случаю освящения нового храма.
По правде сказать, храм был не новым: еще до революции семнадцатого года село имело свой приход — церковь Покрова Божьей матери. Двадцать лет большевики кое-как мирились с деятельностью рассадника «опиума для народа», но в середине тридцатых годов минувшего столетия храм был разрушен. То есть не совсем разрушен, просто в нем прекратилась служба. Священники уехали «строить новую жизнь» на Соловки. А храм был превращен в тюрьму. Там дожидались своей участи так называемые «раскулаченные», те, кто не вписывался в новую концепцию коллективного хозяйствования. Позже, когда сидельцы отправились вслед за священниками на Соловецкие острова, из церкви сделали клуб, потом немецкие фашисты вновь превратили храм в тюрьму для военнопленных, а после войны церковь стала овощехранилищем — непостижимым образом овощи в ней не загнивали! Так или иначе, но до 1993 года о существовании храма в поселке Ч. напоминали лишь развалины колокольни и двух храмовых приделов. Совсем другое дело началось, когда после краха коммунистической идеологии, началось возрождение церкви. Некогда разрушенные, поруганные храмы вновь восставали из пепла. Жители поселка Ч. вспомнили, что у них тоже был храм! Началось поистине всенародное движение по восстановлению разрушенных храмов. Не остались в стороне и те, кто жили в Ч. По их инициативе в поселке был возрожден приход. 14 октября 1993 года было проведено богослужение в старом, вновь возродившемся храме. Вечером этого же дня одна из жительниц поселка, разыскивая своего мужа, наткнулась на тело человека в церковной рясе.
Личность погибшего была установлена практически сразу: им оказался Алексей Любичев, пономарь вновь воссозданного храма. Правда, в этой должности он был всего несколько недель — до этого он был пономарем другого прихода. Алексею было всего лишь тридцать лет, более десяти из них он посвятил служению церкви. В день своей гибели он участвовал в богослужении при освящении храма. Когда на место происшествия прибыли милиционеры, весь поселок был в оцепенении: кому мог помешать этот светлый, добрый человек? Милиционеры начали разработку нескольких версий: ревность, зависть, корысть, личная неприязнь. Оказалось, что Алексей был всеми любим: человек несколько «не от мира сего», он не сумел нажить себе врагов. Или хотя бы недоброжелателей. Тем более завистников — жил скромно, по мнению многих, даже слишком скромно. Но тем не менее убит он был с особой жестокостью. Из судебно-медицинского заключения: смерть наступила в результате черепно-мозговой травмы, возникшей вследствие удара в затылочную кость черепа твердым тупым предметом с явно выраженными прямоугольными характеристиками, соответствующими обуху топора. Последующие удары твердым тупым предметом в область головы, приведшие к разрушению левой височной кости, теменной кости и затылочной кости, могли быть нанесены, скорее всего, посмертно, так как смерть наступила от разрушения мозгового вещества после первого удара. Кто же мог вот так безжалостно, жестоко избивать уже мертвое тело обухом топора? Те же судмедэксперты установили, что предполагаемым убийцей мог быть мужчина ростом выше 180 сантиметров, обладающий аномальной физической силой. Иначе наличие «П»-образной колото-ломаной раны черепа с явно выраженным прямо­угольным абрисом объяснить было невозможно. К слову, экспертизу проводила Лидия Николаевна Наместникова, в то время старейший и самый опытный судмедэксперт не то что Украины, а всего постсоветского пространства! И её слово дорогого стоило!

Ключевое доказательство вины
Итак, предстояло найти рослого, физически развитого мужчину. Проблема состояла в том, что каждый третий житель поселка мог спокойно разогнуть рессору от трактора
«Беларусь» и забить гвоздь »сотку» в двухдюймовую сосновую доску. Ладонью. Одним ударом. Здоровая генетика была в этих мужчинах. Три дня милиционеры районного отдела бились над вопросом: кому же помешал пономарь местной церкви? На четвертый день дело приняло совсем другой оборот… 18 октября того же года в местный отдел милиции обратился гражданин П. Далее из протокола: «В ночь на четырнадцатое или пятнадцатое октября я возвращался домой. Впереди меня шел какой-то человек, я не видел кто. Внезапно позади этого человека возникла фигура. Шедший впереди вскрикнул и побежал обратно, навстречу мне. Тот, кто был сзади, нанес удар чем-то тяжелым. Бежавший навстречу мне человек вскрикнул и упал, выбросив далеко вперед руку, в которой был зажат тяжелый вещевой мешок. Мешок упал прямо мне под ноги. Я залег в кустах, притянув мешок к себе. Потом я поднялся, а мужчины, напавшие на впереди идущего прохожего, убежали. В мешке я обнаружил денежные средства в купоно-карбованцах Украины, в долларах США и марках ФРГ. Поначалу — словно бес попутал. Я таких денег сроду не видел. Казалось — вот оно, решение всех проблем! А потом совесть замучила. Я же понял, что это были за деньги…».
Для милиционеров все было понятно: в праздник Пресвятой Богородицы прихожане вносили свой вклад в восстановление храма. Пономарь церкви, собрав пожертвования, сложил их в один мешок. Далее — понятно. Кто-то, знавший об этом, устроил засаду с целью завладеть немаленькой суммой, пожертвованной на восстановление храма. Начался опрос свидетелей. Настоятель храма, отец Александр, подтвердил, что после бого­служения пономарь Алексей в компании прихожан «причастился», то есть немного выпил лишку. За столом сидели его друзья и родственники. Что было дальше, отец Александр не знает — он покинул торжество задолго до его окончания. Однако он слышал, что пономарь Алексей собирался назавтра положить деньги в банк, на счет епархии. Стало быть, кто-то из присутствующих знал об этом! Кто? И откуда взялся армейский вещмешок, в который были сложены деньги? Вот с этого и начали правоохранители свою работу…
Армейский вещевой мешок. Казалось бы, ну что в нем особенного? Однако в ходе следствия выяснилось, что указанный вещмешок, в котором были сложены деньги, как оказалось, принадлежал Алексею Гончаренко, двоюродному брату церковного пономаря. Также свидетели стали припоминать, что во время застолья в канун убийства именно Алексей Гончаренко усиленно подливал своему родственнику спиртное. Как впоследствии он признался — расчет был на то, что пономарь, потом спьяну ничего не вспомнит. Однако все вышло не так. Алексей узнал своего двоюродного брата и его сына, который тоже участвовал в нападении. Увидев лица грабителей, пономарь бросился наутек. Здесь-то и настиг его роковой удар обу­хом топора. Уже рухнувшее тело двоюродный брат продолжал добивать — трижды он еще ударил обухом топора. Он знал что делает — от его ударов не вставала ни одна корова. Но денег он так и не нашел — убитый брат выбросил вперед мешок с деньгами. Тот самый мешок, который он сам принес, его собственный вещмешок! Разве мог он тогда предположить, что этот предмет станет ключевым доказательством его вины?

Подписаться на новости
Коментарии: 0
Коментариев не добавлено
Cледите за нами в соцсетях